Онлайн книга «Пленница аскадцев. Цена свободы»
|
Перевожу на него взгляд и вижу, что его тоже привязали — к отдельному, маленькому столбу, похоже, специально сооружённому под его рост. Кот привязан за живот, и передняя часть туловища свисает вперёд, делая положение ещё более беспомощным. «Как будем выбираться?» — повторяю, понимая, что дело дрянь, и снова осматриваюсь, пытаясь зацепиться хоть за малейшую возможность. Местные смотрят на меня как на подарок. А распаленный прямо перед нами костёр слишком на многое намекает. Ужас медленно поселяется внутри, сдавливая грудь и не давая мыслить здраво. «А я откуда знаю⁈ — возмущается Мерзаль. — Ты у нас ведьма». «Мерзаль, у меня нет силы», — напоминаю ему, чувствуя, как от этих слов становится ещё паршивее. «Вот чего ты её так не вовремя потеряла. Не нужно было бросать аскадцев», — неожиданно добавляет этот наглый комок шерсти. Я перевожу на него поражённый взгляд. «Ты обалдел? — поражаюсь его наглости. — Я её не теряла. У меня её вероломно отобрали! — рычу на него, не сдерживаясь. — Не знаешь, как освободиться, — молчи лучше!» И этот гад действительно замолкает. Демонстративно. С таким видом, будто рот у него намертво закрыт. Замечательно. То не дождёшься, чтобы он замолчал, а когда нужны хоть какие-то варианты спасения — тишина. Я пробую растянуть верёвки на запястьях, потом тянусь к той, что стягивает живот. Ни то, ни другое не выходит. Дотянуться не получается попросту потому, что мои руки зажаты между мной и деревянным столбом. Что же делать? Я снова кидаю взгляд на скалы и замечаю справа грубо вырубленные ступени. «Похоже, это ступени к пещере», — тихо шепчу в голове. «Мне уже можно говорить?» — язвит Мерзаль. И если бы обстановка была другой, я бы закатила глаза. Но сейчас боюсь даже на секунду прикрыть веки. В любой момент может случиться так, что придётся драться за свою жизнь с отшельниками. Выгрызать её буквально зубами, потому что руки заняты, а шансов — кот наплакал. «Ты думаешь, это ступени к той пещере, в которой лежит оружие?» — он делает паузу, ожидая ответа. Я молчу. «Мирана, вот самое неподходящее время ты выбрала, чтобы молчать, — жалобно добавляет он. — Я не хочу, чтобы меня в жертву принесли». И от этой интонации я удивляюсь. Не панике, а страху. Потому что впервые за всё время он звучит по-настоящему испуганным. «Почему сразу в жертву?» «А ты посмотри на шамана. Он и пустит тебе кровушку», — страдальчески тянет кот. И действительно — к нам подходит мужчина средних лет с посохом в руке. В отличие от остальных, на его плечах наброшена шкура волка прямо с мордой, а в волосах вплетены кости. Чьи именно — даже разбирать не хочу. У остальных кости в одежде — жутко, но хотя бы не в волосах. И никаких накидок у них нет: просто шкуры, сшитые будто наспех. Этот же мужчина явно выделяется на их фоне. Разительно. Подойдя ко мне вплотную, он придерживает посох локтем и опускает несколько пальцев в чашу… хотя нет. С первого взгляда это кажется чашей, но на самом деле — человеческий череп. Изнутри он затянут шкурой, чтобы, видимо, не пропускать жидкость. Именно туда мужчина макает пальцы, а потом начинает что-то выводить у меня на лбу. «Мерзаль, а что он делает?» — почти истерическим голосом спрашиваю фамильяра. «Я же говорил тебе, дурында, — в жертву приносить собирается», — подвывает Мерзаль. |