Книга Паулина. Начать сначала, страница 49 – Елена Алеева

— У реки говоришь? — хищно прищурился мужчина, оценивая нас острым взглядом.

— Ты на вопрос не ответил, — напомнила я, пряча за собой малышку, — Сам-то где охотился?

Понимаю, почему Альма так испугалась. Крепкий мужик. И скорее всего не из нашей деревни. Пусть я всех не успела узнать, но раз малышка так себя ведет, значит впервые его видит.

Однако, мои слова, судя по всему, озадачили незнакомца.

— Не бойся, стучать не побежим, — заверила мужчину я.

— Куда стучать? — удивился незнакомец.

— Ни куда, а кому. Хозяину земель, боярину Местичу, — кивнула на тушки зайцев, подтолкнув Альму, которая все время пыталась высунуть нос, обратно себе за спину.

Лицо мужчины вытянулось от изумления, наверное, он хотел нас запугать, чтобы мы не вздумали его сдать. Вот только я не пойму, зачем? Он ведь мог преспокойненько спрятаться за тем деревом, и мы бы с Альмой даже не заметили его присутствия.

Вот, нужно быть осторожнее. Кто знает, сколько тут таких ошивается, по близости?

— Боярину, значит… А сама-то не боишься? Коли кто скажет, что вы в хозяйском лесу…

— Не в лесу, а у реки, — перебила его, — Да и вообще… У него травы той, целый лес. Как и хвороста, который под ногами валяется. И ведь ладно бы, если сам его собирал, так ведь ему он не нужен, а людям отдать жалко.

— Не надо, Поль, пойдем, — потянула меня за руку Альма.

И правда… Чего меня понесло? Мужчина-то здесь при чем? Просто слова его задели…

— Пойдем, Альма, — взяв девочку за руку, бросила на мужчину тяжелый взгляд и направилась в сторону дома, — Надо же! Расскажет он! Да пусть рассказывает. Ни врачей, ни лекарей, хоть каких — нибудь. Травы Местич пожалел. А если мор в деревне начнется? С кого он подати свои будет брать?

Ворчала я, не обращая внимание на шаги позади нас.

— Что такое «врачей»? — голос за спиной напугал до чертиков, я даже подпрыгнула от неожиданности.

— Да, чтоб тебя! Чего ты к нам прицепился, словно репей? Иди куда шел! — зло выплюнула я.

— Не боишься, что донесут боярину слова твои? — сухо поинтересовался «репей».

— Так доноси. Кто-то же должен сказать ему правду, — отвернулась и пошла дальше.

— Какую правду? — не отставал он. И чего привязался? Да и я хороша, понесло меня, куда не надо. Но раз уж начала…

— А такую! Ему плевать на своих людей. Они выживают, как могут. А он только барщину по осени собирает.

— И что же по твоему разумению он должен делать? — усмехнулся «репей», но, как-то зло, что ли.

— Да, хотя бы интересоваться иногда, хватает ли им посевных? Или нужен ли ремонт жилищам? А мог бы и с покупкой птицы и скотины помочь. Ведь продуктами он не брезгует, а люди зимой почти голодают. Ни продуктов, ни денег, не посевных на весну нет. Даже дрова и те он продает. Продает! Откуда у местных деньги, если они каждую монетку считают?

— Больно ты языкатая, — было мне ответом.

— Уж, какая есть, — бросила я.

— Вы благодарить должны, что на его землях живете. И дома вон у вас есть и земли для хозяйства. Кто же вам мешает их использовать. Вон те луга, к примеру, — он кивнул на заросшие травой луга, где паслись несчастные несколько коров, четыре лошади, да парочка коз.

И я тут была с ним согласна. Земли много, но по словам старосты сажать в нее нечего.

— Было бы что сажать, — ответила словами старосты.