Книга Пекарня маленьких чудес, страница 64 – Виктория Дениз

Если ты подозреваешь кого-то в краже магии, есть только один способ узнать правду. Хлеб правды. Рецепт опасен, потому что заставляет человека говорить только правду. Всю правду. Без прикрас, без лжи, без умолчаний. Это может быть жестоко. Но иногда необходимо.

Рецепт на обороте. Используй с осторожностью.

С любовью и предостережением,

Марта"

Лина медленно перевернула письмо и прочитала рецепт. Сердце билось все быстрее.

Элизабет. Она трогала предметы. Ходила по пекарне, касаясь всего. Магия Лины начала слабеть после ее появления.

Эта женщина ворует магию?

Рассвет был холодным и туманным. Лина встала в четыре утра, когда город еще спал. Достала родниковую воду, которую Эйдан привозил из источника в горах. Просеяла муку семь раз — медленно, тщательно.

Взяла маленькую иглу. Укололась. Капля крови упала в муку — красная точка на белом. Лина вздрогнула, но продолжила.

Мед диких пчел — у нее как раз была баночка от старого пасечника. Полынь — росла в саду за домом.

Все ингредиенты собрались вместе. Лина начала месить.

Раз. Правда.

Два. Правда.

Три. Правда.

Считала до ста. Руки болели, но она не останавливалась. С каждым движением думала о правде. О том, что хочет знать. О том, чего боится узнать.

Тесто поднималось трижды. Она ждала терпеливо, не отходя. Наконец сформировала буханку и поставила в печь ровно на час.

Хлеб пекся, и по кухне распространялся странный запах — сладкий и горький одновременно, притягивающий и отталкивающий. Лина сидела у печи, наблюдая.

Когда час истек, она вынула буханку. Хлеб был темным, почти черным, с золотистыми прожилками. Выглядел красиво, но необычно, пугающе.

Лина положила его на стол. Теперь ждать.

Элизабет пришла ближе к вечеру. Постучала в дверь — мягко, почти робко.

— Лина? Можно войти?

Лина открыла. Гостья стояла на пороге с небольшой коробочкой в руках, выглядела смущенной:

— Я снова хочу извиниться. Знаю, что уже извинялась, но мне не дает покоя эта ситуация. Я чувствую себя ужасно. Поэтому принесла вам подарок. Небольшой, конечно, но от чистого сердца.

Она протянула коробочку. Лина открыла — внутри лежал кулон на тонкой цепочке. Красивый, необычный — серебряный круг с вплетенными тонкими узорами, напоминающими руны или еще какие-то древние символы.

— Это старинное украшение, — сказала Элизабет. — Хочу, чтобы вы приняли его. В знак благодарности за... за понимание. За то, что выслушали меня.

Лина взяла кулон, разглядывая. Металл был холодным, почти ледяным. И когда она держала его, чувствовала странную пустоту в груди — будто что-то вытягивалось изнутри.

Это определенно был артефакт.

Лина подняла глаза на Элизабет:

— Красивый. Спасибо. Присаживайтесь, я как раз испекла особый хлеб. Угощу вас.

Элизабет на секунду замерла, потом улыбнулась:

— С удовольствием.

Они прошли на кухню. Лина положила кулон на стол, достала тот самый хлеб. Разрезала, положила ломоть на тарелку, подала Элизабет.

Женщина взяла хлеб, понюхала:

— Пахнет странно. Что в составе?

— Особый рецепт. Для особых случаев.

Элизабет откусила. Жевала медленно, и Лина видела — на ее лице промелькнуло удивление.

— Необычный вкус. Горький и сладкий одновременно.

— Доешьте. Он помогает увидеть правду.

В глазах Элизабет мелькнула тревога. Но она продолжила есть, доела кусок, запила водой.