Книга Судьба возвращению подлежит, страница 23 – Сусанна Ткаченко

Пауза.

— Собирай всё, что там разложил. Я тебя спущу. Некогда сейчас с фобиями разбираться.

Леон понуро побрёл к своей кучке ценностей, но герцог наподдал ему магией для ускорения. Не сильно — не так, чтобы сбить с ног. Но наш друг посыл прекрасно понял и скидывал всё в мой мешок со всей возможной расторопностью. Зеркальце, склянки, какие-то детали, записи — всё полетело внутрь без разбора.

А я, пока смотрела на него, отчётливо поняла одну вещь: Леону гораздо сложнее, чем мне и Тристану. Мы оба — выживальщики. Я росла в деревне с дядькой, который считал меня обузой, и умение добыть еду и вовремя спрятаться, чтобы не нарваться на наказание, было важнее любых манер. Тристан окончил боевой факультет. А Леон... Леон первокурсник, который мечтает стать учёным. Умный, невероятно одарённый, способный собрать передатчик из косметички и пары гвоздей. Но совершенно неприспособленный к жизни, где нет крыши над головой, горячей еды и заботливой мамочки. Он практически беззащитен. Он без нас не выживет.

Я встряхнулась, разгоняя магию по каналам, трансформировала руки — пальцы удлинились, затвердели, изогнулись, превращаясь в знакомые острые крюки — и с разбегу прыгнула с обрыва.

Ветер ударил в лицо, и я развернулась в полёте. Стена понеслась навстречу. Я замахнулась и вонзила крюки в землю, остановив свободное падение рывком, от которого лязгнули зубы. Немного съехала и глянула вниз, прикидывая оставшееся расстояние до земли: ещё высоко. Оттолкнулась и полетела снова.

Падение — рывок — остановка. Падение — рывок — остановка.

Стремительный спуск позволил не расклеиться. Когда тело работает, голова молчит. А ещё я прилично опередила друзей. Мой способ гораздо быстрее. Нашла поросший кустами уступ — широкий, укрытый от глаз — и там уединилась, пока герцог медленно левитировал вниз с Леоном под мышкой. Буквально — под мышкой. Леон висел с выражением лица человека, осознавшего, что его достоинство погибло окончательно и бесповоротно, но смирившегося с этим ради сохранения жизни.

Не смешно. Совсем не смешно.

Ладно, немного смешно.

Когда я выбралась из кустов и присоединилась к парням, настроение было уже чуть получше. Но ненадолго. Потому что уныние вернулось, стоило увидеть, как страдальчески Леон трёт рёбра и услышать его тяжкие вздохи. Чужой мир. Нет портала. Нет связи. И полная неизвестность.

Мы обязательно найдём возможность вернуться домой. Обязательно. Иначе...

Иначе мне даже представлять не хочется, во что превратится наша жизнь с таким неутешительным раскладом: я — мама, герцог — папа, и Леон — наш сынок.

Нет. Даже думать об этом не буду.

— Так. Я просканировал долину, — сообщил Тристан. Видимо, пока они спускались, считывал местность. — В озере есть рыба. В траве прячется мелкое зверьё. Ядов не чувствую. Хищников тоже. Здесь безопасно. На берег идём.

Он говорил короткими фразами, как военный разведчик. Чётко, без лишних слов и привычного брюзжания. Выглядел сосредоточенным, собранным и… до глубины души поражал мощью своих возможностей. Просканировать целую долину? Вот так, по́ходя?

Нет, такого Тристана я ни за что разлюбить не смогу.

Исчез избалованный, привыкший к комфорту герцог, который морщился от малейшего дискомфорта и ворчал на остывший чай. Появился воин из армии повстанцев — тот, который наводил ужас на врагов. Тот самый герой, в которого я влюбилась пять лет назад — в прошлом страшном будущем, которое не настанет.