Книга Невезучая попаданка. Я исцелю твою дочь, дракон!, страница 13 – Юна Рунова

Милисс с сомнением на лице присела в кресло напротив и замерла в нерешительности.

— Я тебе приказываю! Ешь! — строго сказала я.

Вот ведь глупая девчонка! Не понимает, как она мне нужна!

Мы ели поначалу молча и быстро, потому как обе были невероятно голодными, а когда пришло насыщение, развалились в креслах, лакомясь пирожными и лимонадом. Милисс, наконец, расслабилась и позволила себе непринуждённую позу:

— На Солёных островах нас вряд ли так покормят. Говорят, герцог безумный аскет, и весь замок живёт очень скромно. Окрестные поселения не бедствуют, конечно, но острова край не менее суровый, чем ваш Песчаный удел, — аккуратно откусывая кусочек пирожного, сказала Милисс. — Одни морские волки чего стоят.

— Волки?

— Пираты, которые заманивают торговые суда на рифы. Герцог Шаарам безуспешно с ними борется уже много лет, — благостно погладив едва наметившийся животик, сказала девушка.

— А что с дочерью этого герцога ты не знаешь?

— Нет, госпожа. Я сама никогда ни о ком не спрашиваю, а всё, что знаю, так это из чужих разговоров.

— Сколько нам туда ехать, Милисс?

— Если выедем через два часа, как мне сказал наш кучер, то будем у переправы на второе утро пути, — сыто зевая, ответила она.

Я посмотрела в осенний парк, там процессия из придворных во главе с Ладуром и маркизой Гатор вышла на променад. Гады! Хотя, может для меня к лучшему, что я уеду отсюда. Здесь меня могли легко раскусить, а на новом месте в новой роли я смогу обустроится гораздо лучше. Конечно, скудная информация, которую мне сообщила Милисс о Солёных островах и их владельце меня не обрадовала, но уж лучше там, вдали от тех, кто хорошо знал прежнюю Эльтарию.

Ещё с полчаса мы с Милисс складывали оставшиеся пожитки. Девчонка уже сложила основное добро в большой сундук, мне пришлось лишь упаковать драгоценности, которых у Эльтарии оказалось довольно много. Видимо, Ладур хоть и самый обычный мерзавец, легко променявший одну любовницу на другую, но не жлоб. Наличие личной мини-сокровищницы меня невероятно вдохновило: даже если герцог не примет нас, продав побрякушки, я смогу купить небольшой домик и вполне достойно жить до конца своих дней, нигде не работая.

Я как раз закончила разглядывать свои сокровища, когда услышала стук в окно. Удивлённо подошла и увидела, как по ту сторону о стекло отчаянно бьётся сложенное самолётиком письмо.

Надо же! И ведь даже поделиться своим детским восторгом не с кем и на телефон видосик не запилить — обидно как! Это же настоящее чудо! Первое чудо, которое я здесь увидела.

Приоткрыла створку и самолётик влетел в комнату и, сделав круг, приземлился прямо мне в руку. Покрутила его, рассматривая, самая обычная бумага с виду. Потянула за уголок и письмо раскрылось, пробежалась взглядом по неизвестным мне закорючкам и осознала, что прекрасно понимаю прочитанное. Это, пожалуй, было единственной радостной новостью.

Письмо было от отца Эльтарии и его содержание оказалось, мягко говоря, неприятным. Папуля костерил несчастную дочь за то, что та не смогла удержать короля в своей постели и за то, что не выбила себе достойные отступные, а по итогу и вовсе оказалась позором благородного семейства. В завершение отец года уведомлял, что Эльтария, то бишь — я, если её не примет герцог Шаарам или спустя какое-либо количество времени выставит вон как приблудную кошку, домой может не возвращаться, ибо дома у неё больше нет. Не возжелал этот святой человек принимать обратно под крышу своего дома блудницу.