Книга Невезучая попаданка. Я исцелю твою дочь, дракон!, страница 64 – Юна Рунова

Только вряд ли такой экземпляр, как герцог, подпустит меня к себе настолько, чтобы я могла применить хоть что-то из этих знаний на практике. Да и мне самой не слишком свойственно излишнее сочувствие, хотя к этому шикарному мужчине я прониклась, признаюсь честно.

Подробностей, разумеется, Милисс никто не выдал, но история вырисовывалась печальная. Шаарам любил свою молодую жену, холил, лелеял и всячески баловал. Они жили при дворе, где имели массу преданных поклонников и, по всей видимости, не меньше завистников.

К тому же, как раз умер батюшка Ладура и Кейэра, решался вопрос о наследовании престола ведь братья родились с разницей в две минуты. Кстати, эта новость меня поразила: всё-таки горе меняет людей, и герцог выглядел старше брата лет на пять.

В общем, молодая чета оказалась под прицельным вниманием двора. Что там точно произошло и как, никто на Солёных островах не знал, но Ладур взошёл на престол, а его брат прибыл сюда с беременной и смертельно больной женой. Об отравлении говорили только шёпотом, боясь лишний раз всколыхнуть чёрные воспоминания герцога. Герцогиня рожала в муках, и на свет появилась совсем слабая полумёртвая малышка. Жена Шаарама не выжила, а девочка оказалась лишена дара оборота и навсегда прикована к кровати.

Нелюбовь герцога ко всяческим целителям тоже можно было понять: первые годы их в этом замке побывало столько, что волос на моей голове не хватит. Все обещали поставить будущую герцогиню на ноги, но никто так и не сумел.

Вся эта история оставила у меня внутри неприятный осадок и огромную благодарность к Шаараму: возвращаться в королевский дворец расхотелось окончательно. Где-то на задворках появилась мысль: уж не один и тот же отравитель избавился от жены герцога и от Эльтарии Маро? Может потому меня так экстренно решили вернуть ко двору — вдруг догадаюсь и…

Ох, нет, Эля! Не лезь в это всё! Вали в развалюшку, которую тебе приготовил добрый герцог, и лечи крестьян подорожником!

За эти дни добрый герцог ни разу ко мне не заглянул, лишь сегодня утром прислал своего пожилого слугу узнать о моём здоровье. Видимо, намекал, что бдит и ничего не забыл. Я, конечно, для проформы покряхтела и поохала и, изобразив страдания на лице, пожаловалась на плохую регенерацию.

Шурш после моего представления долго прохаживался по столику и возмущённо пыхтел, помахивая своими чудными ушками.

— Вот увидишь, Эля, Шеана тебя покарает за бесконечное враньё! И мне перепадёт за компанию! Вот ведь свалилась на мою голову! У меня карьера в гору шла, такие перспективы были! — сокрушался он. — А тут какая-то брехливая оглобля захотела бобов и всю жизнь мне поломала! Ты хоть не лезь больше никуда, умоляю! Поселимся у леса, я тебе помогать буду! Только не навороти дел!

— Ты как старая бабка, ей богу! Не надоело? Посмотри на всё это с моей стороны: ты от меня не отлипаешь ни на минуту! Карьера у него! У меня может тоже карьера была когда-то! А ты надоел уже до безобразия. Иди, погуляй что ли! Проветри свои шуранские булки, а то они у тебя заметно в объёме увеличились на местных харчах без физнагрузки! — отозвалась я. — Сгоняй в библиотеку местную что ли! Притащи почитать что-нибудь полезное! Например, о ядах и тёмной магии. Что-то мне подсказывает — пригодится!