Книга Лотос и роза, страница 24 – Марья Зеленая

— А сколько нужно подмазать местным? — спросил Харгрейвз, прихлебывая чай.

— Пять таэлей серебра каждому из трех офицеров таможни. Десять — старосте деревни. Он обеспечит охрану.

— Ха! — Темплтон фыркнул. — Дешево же продаются ваши чиновники.

Лян промолчал.

— Впечатляет, — Ричард с интересом разглядывал его.

— Он незаменим, — подтвердил Харгрейвз. — Теперь он ваш, Кэрроу. Поможет с той идеей, что мы обсуждали. — Он махнул рукой Ляну. — Достаточно. Жди за дверью.

Китаец кивнул и вышел. Ни намека на обиду на его лице, ни тени протеста. Но когда он проходил мимо Виктории, их взгляды на секунду встретились, и что-то промелькнуло в его глазах... Понимание? Сочувствие?

Или просто ей хотелось так думать?

* * *

Сяо Ли подал сэндвичи, холодное мясо, паштет. Ричард налил офицерам виски. Разговор продолжился.

— Эти чертовы тайпины, — проворчал Харгрейвз, сделав глоток, — сколько уже торчат в Нанкине? Восемь лет? Десять? И черта с два выкуришь их оттуда...

Виктория едва слушала. Взгляд скользил по столику с закусками — все ли на месте? Хватит ли сэндвичей? Не нужно ли принести еще тарелок?

Подняв глаза, чтобы проверить, удобно ли сидят гости, она нечаянно встретила взгляд Харгрейвза.

— Миссис Кэрроу, а вы слыхали о тайпинах? — поглаживая бакенбарды, поинтересовался тот.

Виктория растерялась.

— Я... нет, майор. Простите, я не...

— О, не извиняйтесь! Позвольте вас просветить. Тайпины — это местные бунтовщики. Подняли восстание против законной власти — династии Цин.

— Династии Цин? — она изобразила вежливый интерес.

— Это нынешние правители Китая, мэм, — вставил Темплтон, явно обрадованный возможностью блеснуть знаниями. — К вашему сведению, миссис Кэрроу, Китаем правят вовсе не китайцы.

— А кто же?

— Маньчжуры. Варвары откуда-то с севера. Завоевали Китай два столетия назад.

— Да что вы говорите!

— Именно так. — Харгрейвз с довольным видом кивнул. — И когда они захватили страну, первым делом заставили всех мужчин брить лоб и носить косу. Под страхом смерти, заметьте. — Он хмыкнул. — Вы же видели их дурацкие прически? Мы зовем это «свиной хвост».

Виктория невольно подумала о Ляне, которого так бесцеремонно выставили в прихожую. Выбритый лоб, длинная коса. Символ покорности. Принудительный. Под страхом смерти.

— А вот тайпины, — продолжал Харгрейвз, — отказываются брить волосы. В знак протеста против маньчжуров. Поэтому их еще называют «длинноволосыми бандитами».

— Их главарь вообще свихнулся, — фыркнул Темплтон. — Объявил себя младшим братом Иисуса Христа. Вы только представьте! Братом нашего Господа!

— Братом Христа? — Виктория округлила глаза.

— Да-да! — ухмыльнулся Харгрейвз. — Утверждает, что сам Бог-отец велел ему очистить Китай от маньчжуров, опиума и... что там еще было, Кэрроу?

— «Демонических иностранцев», — сухо бросил Ричард.

Виктория почувствовала его неодобрение — она задавала слишком много вопросов. Но Харгрейвз смотрел на нее с ожиданием, крутя в руке стакан. И она из вежливости спросила:

— И они... сильны? Эти… тайпины.

— Захватили полстраны, — Харгрейвз отпил виски. — Держат Нанкин уже восемь лет. А прошлой осенью едва не взяли Шанхай.

Виктория вздрогнула.

— Шанхай?

— Не бойтесь, мэм! — Он небрежно махнул рукой. — Пара залпов картечью с наших кораблей, и они дали деру, поджав хвосты.