Книга Злодейка желает искупления, страница 101 – Татьяна Антоник, Аника Град

— Поместью Шэнь нужен новый хозяин, — спокойно, но всё так же твёрдо провозгласил правитель. — Достойный, чья репутация не запятнана преступлениями перед родом и Империей.

Шэнь Менцзы, до того стоявший в тени, выступил вперёд, падая в ноги повелителю. Не нужно было приглядываться, чтобы заметить, как он дрожит.

— Ваше величество! — не смея поднимать взгляда, хрипло воскликнул он. — Кроме меня наследников нет, и я клянусь достойно…

— Замолчи, — Юншэн кинул на тело у своих ног презрительный взгляд. — Как смеет сын простолюдина обращаться к Императору?! Простолюдин не станет главой дома Шэнь! Это невозможно. Молись, чтобы тебя новые господа слугой оставили.

Такое жесткое решение Юншэна не удивило Яо Веймина. Он понимал, что брат решил целиком отсечь больную ветвь, но клан Шэнь не имел множества потомков, кроме сына Шэнь Куона и девицы Шэнь Улан больше никого не оставалось…

Замерший Менцзы был умнее своего отца: он не стал проявлять гордость и смиренно отполз в сторону от императорского взора, лишь после этого поднялся на ноги. Ушёл, пока ему не перепало ещё внимания правителя.

Но место поклонения не пустовало: Шэнь Улан, которую все ещё считали служанкой Лю Цяо, ринулась вперёд и замерла в земном поклон, касаясь лбом земли.

— Ваше Величество! Разрешите поведать правду!

Яо Веймин уже знал, что за правду поведает эта женщина. Ему было едва ли не тошно, но он всё же усмехнулся: лгунья выбрала для себя хорошее время. За спасение Лин Джиа Император ей сейчас простил бы даже то, за что Шэнь Куон стал простолюдином.

— Говори, — Юншэн, вроде бы, смягчился. И точно не собирался отчитывать «простолюдинку», как только что Шэнь Менцзы.

— Я солгала, Ваше Величество! Солгала, чтобы спасти себя и спасти мать от дяди… От Шэнь Куона. Он хотел сгубить и нас, он травил мою мать ядом! И хотел после свадьбы избавиться от меня, — не все, кажется, поняли, что такое несёт эта наглая служанка, но следующие её слов внесли ясность: — Я поменялась местами со своей служанкой. Я — Шэнь Улан.

Яо Веймину стало окончательно и бесповоротно паршиво. Да, он сразу заподозрил: с этой девицей что-то не так, но его интерес был азартным. Сейчас же хотелось просто оказаться болваном без принципов и воспитания, чтобы не понимать тяжести сотворённого этой женщиной преступления.

Но он почувствовал себя ужасным генералом, ужасным человеком, когда осознал: его волновало не то, что Шэнь Улан врала Императору, а то, что она врала ему, Яо Веймину.

Юншэн молчал, но снова почувствовался его гнев. Он хотел, — генерал Яо это видел, — отправить девицу за её родственничками, но ничего не говорил.

Лин Джиа смотрела на Императора умоляюще, даже невольно оступилась, словно пытаясь прикрыть подругу, и лишь кинув взгляд на невесту, Сын Неба произнёс:

— Шэнь Улан, если это и правда так, то я прощаю тебя, — голос его, однако, был сухим и раздражённым. Всем было понятно, что прощает он не от всей души. — Ты спасла мою невесту, и за это я сохраняю тебе жизнь и положение. А за ошибку моего отца разрешают тебе возглавить клан. Сейчас он в упадке, и в память о Шэнь Цзинсуне его надо сохранить...

— Спасибо, спасибо, спасибо, — кланялась у ног Императора Шэнь Улан. Казалось, что она плакала, иначе блестящие у глаз бисеринки Яо Веймин объяснить не мог.