Книга Злодейка желает искупления, страница 99 – Татьяна Антоник, Аника Град

Это была наглая, отчаянная попытка урвать себе кусок славы и реабилитировать своё запачканное имя. Впрочем, сам император не проникся, его лицо оставалось каменным, как и у остальных чиновников. Лишь близкие Шэнь Куона удивленно вскинули брови.

И в этот момент взгляд генерала уловил движение у входа. Сначала тихо выскользнули двое лекарей, а за ними из тени колонн вышла та самая служанка, о которой только что велась речь.

Она была смертельно бледна и напоминала призрак. Держась за косяк двери, она сделала несколько неуверенных шагов и замерла за спиной Шэнь Улан. Ее заметил один Яо Веймин, остальных больше занимали слова хозяина поместья.

«Странно, — подумалось ему, — она была изранена, больна, а встала, будто ее с постели подняли демоны».

— Хватит, Шэнь Куон, — голос Юншэна прозвучал негромко, отвлекая Яо от созерцания лика Лю Цяо. Он говорил холодно и беспощадно, как и подобает правителю. — Довольно рассуждать о воспитании и добродетели. Это тоскливо слышать из уст того, кому принадлежат рудники, незаконно добывающие нефрит. Тебе разве не известен закон?

Повисла гробовая тишина, Шэнь Куон не сразу понял, в чем его обвиняет Юншэн. Император же легко взмахнул ладонью.

— Яо Веймин, — Его Величество жестом подозвал верного стражника. — Ты не состоишь в Министерстве наказаний, но допрашиваешь и наказываешь преступников. Что грозит тем, кто обворовывает своего императора?

Генерал нахмурился. Шэнь Куон пошел на воровство? Этот низменный пес? Слизняк?

Мнение о Шэнь Куоне у Яо Веймина было очень низким. Мужчине казалось, что глава семейства Шэнь чересчур труслив и глуп. Да, он хитер, способен на низости: издеваться над слабыми, оболгать более успешных родственников, да тоже воровство — он действительно мог. Но не хватило бы ему ума, чтобы отыскать рудник с людьми, обустроить его и вести добычу за спиной у императорских шпионов. Здесь явно что-то не так.

— Смерть, — произнес он отрешенным тоном. — За мошенничество и воровство императорской семьи грозит смерть.

Шэнь Куон моментально упал на колени, но стража, до этого замершая по стенам, молнией двинулась вперед. Железные руки схватили Шэнь Куона за плечи, скрутив ему руки за спину. Его изысканные одежды вдруг выглядели жалким маскарадом.

— В-Ваше Величество?! Что это?! Ошибка! Я невиновен! — завопил он, сорвавшись на неприличный, подобный женскому, визг. — Это всё он! Чен Юфей, этот прохвост, этот аферист! Это его рудники, его схемы! Он всё подстроил!

Яо Вэймин наблюдал, как на лице Юншэна появляется горькая, усталая гримаса. Император выглядел не торжествующим, а... постаревшим.

— Чен Юфей дал исчерпывающие показания, — холодно парировал Юншэн. — И они, как и показания судьи Лянь Суаня, не оставляют от твоих слов камня на камне. Нет ни единого свидетельства, связывающего господина Чена с этой аферой. Зато есть горы доказательств твоего личного участия. Ты забыл, что в империи Цянь всё подземное богатство принадлежит трону?

Яо видел, как с каждой произнесенной фразой «служанка» Лю Цяо — настоящая Шэнь Улан — бледнела всё больше, будто из неё выкачивали кровь.

Она смотрела на дядю, этого жалкого человека, и в её глазах плескалась целая буря: ненависть, горькое удовлетворение и какая-то недетская скорбь. И Яо Веймину все больше казалось, что она в этом замешана.