Книга Пустыня смерти, страница 62 – Влада Мишина

Новый фараон Города Столбов остался наедине с прошлым. Он знал, что с такой болью его сердцу осталось совсем недолго.

* * *

Сет пошатнулся, ожидая почувствовать под ногами воду, но его сандалии проскользнули по гладкому полу царского зала торжеств.

«Я был не здесь». Мысль о неправильности происходящего покинула его голову в тот самый миг, когда он встретился с полными уважения взглядами богов.

Они праздновали – пир был в самом разгаре.

— Радостно, что ты прибыл!

Сет по инерции кивнул Птаху и сделал маленький шаг вперёд.

— Чего это у тебя лицо такое кислое? Папирусом что ли подтирался? – Шутки Сехмет всегда были тем, что заставляло богов морщиться, но Сета они забавляли.

Он улыбнулся ей, чувствуя, как сердце сжимается от ноющей боли. Это было его прошлое. Это было начало самого страшного мига его вечности. «Я справлюсь». Он уже пережил это – теперь он мог взглянуть на всё иначе. «Я готов вспомнить».

Ноги сами несли его в тёмную часть зала, где не было празднующих богов. Сет знал, что там они должны были встретиться с Царицей.

— Ты готов, Сетх? – Она стояла недалеко от него, но говорили они мысленно.

— Неужели ты не можешь отвлечь их иначе? – спросил он когда-то очень давно.

— Ты же знаешь, что я пыталась. Мы оба пытались, чтобы собрать частицы их сил так, чтобы об этом никто не узнал. Отвлекающий манёвр должен сотрясти мироздание.

Сет нахмурился и упёрся рукой в стену.

— Значит, так ты его любишь? Готова пожертвовать им?

В глазах Царицы полыхнула ярость.

— Люби я его хоть немного меньше – и мне не хватило бы сил на этот план. Выбора нет, Сетх. Пока боги будут гнаться за тобой, искать его тело, я смогу забрать частицы их сил в скрижаль. А потом я займусь его возрождением.

Сердце Сета снова сжалось от боли.

— А если не сможешь?

— Тогда уже ничего не будет иметь значения. Но это неважно, потому что я смогу.

Сет верил Исиде. Как не верить, если от веры зависело всё, что он собирался сделать? Именно вера заставляла его рушить собственную вечность и прощаться со всем, что ему было дорого.

— Когда мы разделим воспоминания?

– Сейчас. После его смерти Селкет поймёт, что что-то не так. Она начнёт прислушиваться.

Сет кивнул, и Исида быстро шагнула к нему, обнимая с сестринской теплотой. Голову бога пронзили жар и боль, взгляд на мгновение заволокло золотым сиянием, а в следующий миг он почувствовал непривычную лёгкость мыслей. «Вот и всё». Пробелы в памяти тревожили, но цель оставалась ясна.

Пошатываясь, Сет покинул зал, чтобы совсем скоро вернуться в него с даром для Царя Богов.

Всё шло так, как и должно было: залу наполняли радостные голоса, музыка. Все собравшиеся радостно приветствовали вошедшего через исполинские двери Сета.

— Брат мой! Прими этот скромный дар! – Он хлопнул в ладоши, и в центре пиршества появился роскошный золотой саркофаг.

Радостные крики прекратились. Боги с непониманием и тревогой смотрели то на Сета, то на Осириса.

— Что это, брат? – спросил Царь Богов.

— Напоминание о бессмертии. Не можешь ты быть лишён роскоши, доступной смертным фараонам!

Из-под золотой маски Осириса послышался тихий смешок.

— Твоя правда, брат. Чудесный дар. Примерить позволишь?

Сет колебался всего миг. Уж слишком просто всё получалось: он думал, что Осириса придётся уговаривать лечь в саркофаг, а он всё предложил сам.