Книга Обреченная на счастье в объятиях тирана, страница 86 – Алла Султанова

Он отогнал мысль о скором воссоединении с женой, ведь сколько уже было разочарований, причинивших ему нестерпимую боль. Ему хотелось найти её живой, обнять и, уткнувшись в каштановые волосы, вдохнуть её цветочный аромат…

— М-м-м… — простонал король, закрыв глаза.

Он понимал, что юной, беззащитной девушке сложно выжить в огромном мире. Теодор хотел спасти её. Уберечь от бед.

И всего-то.

Он желал ей счастья и готов был отпустить. Лишь бы увидеть её… живой.

Когда в дверь постучали, Боварни скрестил руки на груди и произнёс:

— Войди.

Разговор с советником был недолгим. Его Величество велел действовать осмотрительно, не привлекая к себе лишнего внимания.

— Я Вас понял, Ваше Величество, — закивал советник, внимательно выслушав своего правителя. — Направлю двух своих людей, пусть поживут там, понаблюдают за жителями этой деревни.

— Если одна из них, это моя Оливия, незамедлительно сообщить мне.

— Вас понял.

— И ещё… — Боварни задумался на мгновение.

Советник выжидающе смотрел на короля.

— Ничего, — отмахнулся Его Величество. — Иди.

Когда за советником закрылась дверь, Теодор скривил лицо от боли, которая пронзила сердце.

— М-м-м… — простонал он.

Боварни вновь остался один в своих покоях, наедине со своими мыслями и надеждами. Ему оставалось только одно — ждать вестей.

Глава 59

Оливия Боварни

Главное здание постоялого двора, приютившего нас, горделиво возвышалось над укутанной снегом равниной. Его стены, серые, сложенные из грубо обтёсанного камня, выделяли его среди построек. Но, несмотря на ветхость, вполне было пригодным для того, чтобы укрыть от непогоды и накормить уставших путников. Я отдала хозяину десять золотых монет, и мы с Агатой заселились в две небольшие смежные комнаты. Скудно обставленные, но чистые.

Не привыкшая сидеть без дела, моя служанка напросилась в помощницы на кухню. Она быстро сдружилась с добродушной кухаркой, которая за небольшую плату, взяла мою «сестрёнку» на работу.

Я же, стараясь занять себя чем-то полезным и, чтобы отвлечься от тягостных воспоминаний, начала вышивать.

Женщины из близлежащей деревни, снабдили меня нитками и заказами.

В тихой и скромной жизни в Эмберли я постепенно обрела душевный покой, о котором так мечтала. Запах свежего хлеба и ароматного ягодного отвара по утрам, успокаивал, обещая прекрасное настроение в морозный зимний день. Лишь когда Агата начала испытывать утреннюю тошноту, я забеспокоилась. Кухарка, опытная женщина, сразу же заподозрила неладное и подсказала, где живёт знахарка, и мы, ранним утром направились в соседнюю деревню. Преодолев несколько миль по заснеженной тропинке, подошли к покосившемуся домику. И, после долгих расспросов и осмотра, выяснили, что у моей «сестрёнки» будет малыш.

— Вы, госпожа, ничего плохого обо мне не подумайте, — взволнованно сказала Агата, — этот ребёночек по любви деланный.

— Конечно, — улыбнулась я ей, стараясь скрыть тревогу за её будущее.

— Только вот Жану, надо сказать… Он будет рад…

— Так отец ребёнка, сын кухарки? — я повела бровью.

— А чего вы удивляетесь? — обиженно проговорила девушка. — Он почти мой ровесник. А евошняя мамка говорила мне как-то… что из меня невестка хорошая получилась бы.

— Я соглашусь с ней, из тебя получится замечательная супруга, — проговорила я и, пряча улыбку, добавила: — но смею предположить, тебя в качестве невестки она не ожидает увидеть.