Книга Время любить, страница 56 – Марина Александрова

Я скинула свою нелепую простынь на пол, откуда она тотчас исчезла, и пошла прямиком в купальню. Пора было привести себя в порядок, хорошенько выспаться и собираться в путь.

— Ты проспала почти сутки, ты в курсе? — поинтересовался Кит, стоило мне появиться в крыле для слуг, где сейчас обитали все мои постояльцы.

— Что-то произошло за это время? — меланхолично поинтересовалась я.

Кит, поджав губы, отрицательно покачал головой.

— Я выучил алфавит, — совершенно серьезно оповестил меня потомок.

— Это, несомненно, радует, — кивнула я. — Где остальные?

— Пошли кормить Терезу.

— Ни к чему, — покачала я головой. — Идем, пока они не начали запихивать в нее что-то силой или не решили откачать, — решительно зашагала я по узкому коридору.

— Что откачать? — поинтересовался Кит, выпрыгивая у меня из-за плеча, так чтобы я его точно заметила и услышала.

— Ее откачать, — в тон ему ответила я, ни на минуту не останавливаясь.

На какое-то время Кит замолчал, должно быть, соображая, как именно можно «откачивать» человека.

— Я не понял, — изрек он.

— Ща увидишь, — кивнула я, распахнув нужную дверь.

Как я и предполагала, принесенная оборотнями каша валялась на полу, Лил сидела верхом на Эллиане и делала ей непрямой массаж сердца (недавно выучили), в то время как Джарред изображал, что делает искусственное дыхание, вместо этого, скорее, просто дуя ей в рот.

— Что творят, сукины дети, что творят, — устало пробормотала я, подходя к усердствующим вне всякой меры волкам. — Что вы творите, идиоты? — монотонно спросила я, присаживаясь на краешек кровати.

— Мы, — пропыхтела Лил, — спасаем ее, как вы и учили, — кое-как пробормотала девушка, не спеша сворачивать балаган. — А вот почему вы ничего не делаете, нам не ясно, — зло оскалилась она.

Тяжело вздохнув, я устало покачала головой. Что мне с ними делать?

— Если надо, я могу попрыгать у нее на ногах, но боюсь, это будет уже перебор. Может мне хоть кто-то внятно объяснить, зачем вы издеваетесь над женщиной, которая ни одному из вас ничего плохого не сделала?

— Она едва дышит, не приходит в себя, ее сердце замедляется… — констатировала волчица, продолжая терзать грудную клетку женщины.

— И поэтому вы решили добить ее, чтобы уж наверняка отчалила? Так уж определись, удавить ее или раздавить?

Первым остановился оборотень, у которого уже, по всей видимости, круги были перед глазами — так усердно он раздувал Эллиане щеки.

— Что это значит?

— Уходя отсюда вчера вечером, я погрузила ее в глубокий, я бы сказала, очень глубокий сон. Мне, грешной, и в голову не могло прийти, что два студента целительского факультета попрутся кормить ее кашей! Мать вашу, кашей с орехами и сухофруктами! — бросила я взгляд на тарелку, что сиротливо стояла на полу. — Женщину, которая нормально не питалась несколько месяцев уж точно! Вы что, совсем полоумные?! Она спит, идиоты! Прекрати давить ей на грудь, у нее от тебя сердце встанет! — еле сдерживаясь, чтобы не перейти на банальный крик, прошипела я. — Откуда вы такие взялись? Вы что, людей только на картинках видели? Чем вы занимались три года в вашей богадельне? — раздраженно смахнув прядь волос с глаз, поинтересовалась я, когда Лил наконец соизволила слезть с больной.

— Мы только в этом году начали изучать людей, — промямлила она, — у нас должен был быть спецкурс по ним…