Книга Объедки для Декана-привереды, страница 35 – Амалия Лонг

— Не горели, — огрызнулась я, хотя внутри что-то ёкнуло. — Просто конкуренция. У декана свой интерес: он сам покупает у нас суп. А тут появился Кайан и отбивает эксклюзивного клиента. Это экономика, котик. Никакой романтики.

— Конкуренция? — кот фыркнул и начал умываться лапкой. — Ты посмотри на него. Он весь сжался, когда услышал про красивого парня. Даже позеленел немного. А драконы не зеленеют от конкуренции. От конкуренции они становятся золотыми и жадными. А зелёными они становятся от ревности и от недоедания. Но суп у нас качественный, так что — первое.

— От чего же они ещё зеленеют?

— От ревности, — философски заметил кот, почистив усы. — И от недосыпа. Но в этом случае — точно ревность. Уверен на девяносто процентов. Десять оставляю на вариант, что у него язва, но он бы не пришёл с язвой в такую рань разбираться.

Нисса хихикнула, закрывая рот рукой. Я вздохнула и принялась нарезать овощи — нож сам запрыгал в руках.

— Ладно, хватит сплетен. Надо готовить суп. У нас через час клиенты придут. Арис , тот объедок из пятой комнаты обещал заглянуть на обед, у него сегодня зарплата, значит, закажет двойную порцию и, может быть, даже на чай оставит.

— Вот именно! — Уголёк вдруг насторожился, перестав вылизывать живот. — Декан закрыл нам возможность общаться с Кайаном. Но не запретил торговать. Так что суп вари. А деньги считай. И вообще, предлагаю расширить ассортимент: добавить суп с клецками.

— План, — кивнула я, нарезая лук колёсиками. — Но сначала — деканский заказ. Он платит исправно, и если мы его разозлим совсем, он нас выселит. А куда мы пойдём с кастрюлей? В коридор? Там сквозняки, суп стынет.

Я взяла кастрюлю — ту самую, новую, купленную на наши тридцать пять копеек. Она блестела как зеркало. Я берегла её как зеницу ока, даже Угольку не разрешала спать рядом. Кот, правда, всё равно спал. И не разбудишь.

Мы варили суп молча, но привычно: лук вначале, потом морковь, потом тайный ингредиент и щепотка надежды на лучшее. Пахло чесноком и свободой.

— Айза, — сказала Нисса, когда мы закончили с готовкой, и разлили бульон по мискам. — А что, если Кайан придёт снова? Откроешь?

Я замерла. Вопрос был хороший. Даже слишком.

— Открою. И скажу, что у меня аллергия на драконов, а на красивых парней — нет. И пусть декан хоть лопнет от злости. Я не его собственность. Я частный предприниматель с лицензией и чистым котом.

— Смотри, декан узнает. У него везде глаза и уши. И нос особенно длинный, как у летучей мыши.

— А кто ему расскажет?

Все посмотрели на Уголька. Кот сидел на табурете, обматывая хвостом лапы, и делал вид, что его это не касается. Он вылизывал медальон с рыбкой и напевал под нос.

— Что я? Я рот на замке, — кот показал на свой медальон. — Рыбу принесёте — вообще забуду, о чём говорили. Даже своё имя забуду. Буду нем как рыба. Которая съела другую рыбу.

— Шантажист, — вздохнула я.

— Предприниматель, — поправил он, сверкнув глазами. — А теперь — спать. Завтра новый день, новые клиенты, новые запреты декана и, возможно, новые визиты красивых магов. Драконы не дремлют, Айза. И коты тоже. Особенно когда пахнет рыбой.

Я легла, укрывая кота полой своей рабочей робы — она пахла луком и укропом, а кот это обожал. Нисса уже храпела на верхней полке, свесив рыжую косу. Уголёк мурлыкал, как маленький мотор.