Книга Объедки для Декана-привереды, страница 73 – Амалия Лонг

— С каких пор ты командуешь?

— С тех пор, как твоя жизнь в опасности, а декан убежал геройствовать без меня. Закрой дверь на засов. И достань ножи.

Я задвинула тяжёлый железный засов. Достала с полки два кухонных ножа — обычных, но острых как бритва. Взяла в каждую руку.

— Выглядишь как белка с зубочистками, — прокомментировал Уголёк. — Но сойдёт.

— А ты чем собрался воевать?

— Я — кот. У меня когти. И ядерный чих.

— Какой ещё ядерный чих?

— Сейчас увидишь. Только прикрой глаза.

За дверью послышались шаги. Не привычные, студенческие — тяжёлые, чешуйчатые, с лязгом брони.

— Это они, — шепнул Уголёк. — Драконы Кассандры.

Дверь моей кухни содрогнулась от удара. Ещё раз. Ещё. Дерево треснуло, засов застонал, но выдержал. А потом кто-то с той стороны применил магию, и дверь разлетелась в щепки.

На пороге стояли три дракона в боевых мундирах. Не в человеческом обличье — в полуформе, с чешуёй на лицах и горящими глазами. За их спинами виднелся коридор, заполненный дымом и криками.

— Объедок, — сказал передний, скаля клыки. — Кассандра велела взять тебя живьём. Сдавайся, и, может быть, мы оставим тебе руки.

— Мне и для готовки нужны руки, — сказала я, сжимая ножи.

— Юмор — последнее, что умирает, — заметил второй дракон.

— Не последнее, — сказал Уголёк. — Последним умирает враг, который недооценил кота.

Он чихнул.

Ядерный чих оказался не громким. Не впечатляющим. Но из носа кота вылетел маленький чёрный шарик — размером с горошину — и врезался в грудь переднего дракона.

Тот замер. На его мундире проступила копоть. Потом — пепел. Потом — дракон открыл рот, но не издал ни звука, потому что рассыпался в кучку чёрного угля.

Прямо на пороге.

— Вот так, — сказал Уголёк, вытирая нос лапой. — Уголёк от врага — и нет врага.

Оставшиеся два дракона попятились.

— Что за херня? — прошипел один.

— Кошачья магия, — ответил кот. — Древняя. Недокументированная. Следующая порция будет в два раза больше. И я не промахнусь.

Драконы переглянулись. Не убежали, но и не напали первыми. А я — не стала ждать, пока они решатся.

Я метнула нож.

Не думала, не целилась — просто бросила, как когда-то на помойке, когда защищала Уголька от крыс. Нож вонзился второму дракону в плечо. Он заорал, схватился за рану, а я уже схватила со стола поварёшку и отвесила третьему по голове.

Чугунная поварёшка. С длинной ручкой. Со вчерашним супом внутри.

Дракон рухнул, облитый остатками магического зелья, и замер.

— Один-ноль, — сказал Уголёк. — Но их больше. Намного больше.

Я выглянула в коридор. Творился ад. Студенты сражались с драконами Кассандры — кто заклинаниями, кто стульями, кто подручными мётлами. Альтаир бился в центре зала, окружённый тремя здоровенными чешуйчатыми врагами. Он держался, но был на грани.

— Надо пробиться к нему, — сказала я.

— Самоубийство, — ответил кот.

— Тогда придумай другой план.

— Есть, — Уголёк метнулся к плите и включил все конфорки на максимум. — Готовить умеешь?

— Что?!

— Ты объедок или нет? Включай котлы! Мы превратим эту кухню в ад!

Я поняла его замысел. Схватила пять кастрюль, закинула в них всё, что было под рукой: масло, муку, перец, несколько банок с консервированными огурцами (магия кухни — странная штука) и добавила щепотку собственной крови — остатки проклятия, которые ещё бродили во мне. Для остроты.