Книга Неудачница из литдорамы, страница 140 – Юлия Буланова

Мне, если честно, было страшно делать это. Хотя, я и понимала, что нельзя оставлять всё вот так. Ребёнку нужны ответственные взрослые, которым на него не плевать. Вдруг он заболеет? С этой парочки горе-родителей станется даже острый аппендицит проигнорировать.

— А если они посчитают, что мы не подходим, заберут Сон Дже и мальчик окажется в приюте? Совсем один.

— Мы можем официально зарегистрировать наши отношения. При это не обязательно проводить церемонию прямо сейчас. Но для тех бюрократов мы будем считаться полноценной семьёй. У нас хорошая квартира. Дети отлично ладят. А ещё у нас есть Соми, которую Сон Дже обожает. Мы — отличные кандидаты для опеки. Не переживай.

Если бы не Со Джун, я бы не решилась инициировать дело об опеке сейчас. Ждала бы до последнего.

Соцработник — уставший мужчина слегка за сорок в сером костюме, пришёл к нам домой. Благосклонно покивал, осмотрев комнату Сон Дже. Удивлённо вздёрнул брови, увидев в комнате Со Хёна разобранную палатку. Услышал о том, что дети готовятся к походу на природу и накануне тренировались там спать. Погладил Соми и решил побеседовать с каждым членом наше семьи по отдельности. С Со Джуном он говорил ровно три минуты. Спросил про работу, доход и отношение к алкоголю и на том успокоился, хотя мой любимый мужчина и пытался рассказать, что старается активно участвовать в воспитании детей. С мальчиками он провёл больше времени. Но основной удар пришлось принять мне.

— Госпожа Тен, я так понимаю, что вы являетесь основным воспитателем, хотя ваш муж старается быть вовлечённым. Мальчики рассказали, что вы никогда их не ругаете. А что вы делаете чтобы заставить послушания и добиться дисциплины?

— Ничего, — отвечаю без надежды получить понимание. — Я ничего не делаю, чтобы заставить или добиться. Предпочитаю мягкие методы и доверительные отношения с детьми. Насилие порождает сопротивление. Я разговариваю, объясняю, стараюсь мотивировать, чтобы они сами захотели что-то сделать. Не нужно путать это с безразличием или отсутствием воспитания, как такового. Мне важно сохранить психическое здоровье детей. А насильственные методы воспитания плохо справляются с этой задачей.

— Какая интересная позиция, — покивал мужчина. — Дети сказали, что вы добрая, но строгая. Как вы думаете, что это значит?

— Что я последовательна, понятна и предсказуема. Мультики разрешены после выполнения домашних заданий, сладости — после основного приёма пищи. Гулять можно лишь выполнив обязанности по дому. Мальчики сами поддерживают чистоту в своих комнатах. Заправляют постели. Вытирают пыль. Относят одежду в стирку, а чистые вещи забирают раскладывают по шкафам. А если они этого не делают, то гулять не идут. Обязательность правил не определяется моим настроением.

— И вам их не жалко? Наверное, даже что-то не сделав, они просят вас разрешить им гулять?

— Такая жалость не принесёт никому пользы, — отвечаю сухо. — Я никогда не требую от детей выполнения непосильных задач. Они заранее знают о том, чего я от них хочу и таким образом учатся планировать своё время.

— Понятно, — мужчина поправил очки и решил сменить тему. —Если вдруг дети поссорятся или подерутся, чью сторону вы примете?

А почему нужно обязательно принимать стороны?

— Если зашёл разговор об этом, то следует разделять мелкие бытовые размолвки, на которые не стоит обращать внимание взрослым. Иначе дети никогда не научатся самостоятельно разрешать конфликты. Вмешательство требуется только если речь идёт о серьёзной ссоре. Я постараюсь выслушать обоих и помирить их. Если один из них, и неважно кто, будет неправ, моей целью будет мягко донести это до него эту информацию.