Книга Неудачница из литдорамы, страница 142 – Юлия Буланова

— Поддерживаю, — говорю, прижимаясь щекой к его прохладному плечу.

— Кстати, ты была права, — со вздохом произнёс мужчина. — Я сейчас не готов к ещё одному ребёнку. К младенцу. Речь не о Сон Дже.

— А что так? — приподнимаясь, чтобы заглянуть Со Джуну в глаза. Наблюдаю, как он мучительно краснеет.

— Ну, я подумал, что если с двумя совсем уже взрослыми детьми, которые не нуждаются в нас двадцать четыре на семь, нам так сложно найти время, чтобы побыть вдвоём, то с младенцем легче не станет. К тому же, если у Со Хёна уже есть один брат, можно не торопиться?

— Разумно, — согласилась я, возвращая голову ему на плечо. Как же я его люблю. За эту способность признавать ошибки и меняться. У меня так не получается. Я жутко упрямая.

Не зря в детстве меня называли "Юляшка-барашка". И совсем не за пушистые рыжие косы, а за упертость, которую дед дипломатично называл "несгибаемой и последовательной жизненной позицией".

Ждать заседания пришлось почти месяц. Родители Сон Дже в суд не явились. Это было ожидаемо, но всё равно оставило горький привкус на губах.

Я, наверное, до последнего надеялась, что они одумаются. Со Джун говорит, что всё к лучшему. Что если Сон Дже не услышит лживых обещаний, он не будет ничего ждать и сможет начать новую жизнь без оглядки на прошлое.

Перед заседанием судья решила пообщаться с мальчиками наедине у себя в кабинете. Наверное, в этом был смысл. Потому что в их возрасте врать по отдельности дети уже умеют, а делать это слаженно — ещё нет.

Со Хён мне потом шепнул, что ни о чём таком их не спрашивали. Немного об учёбе, немного о том, как они проводят свободное время. Они рассказали о том, что на выходных готовят со мной что-то интересное, посещают хагвон. Со Джун всё-таки уговорил меня в новом учебном году добавить в расписание мальчиков один доп. Сошлись на конном спорте. Детям нужна активность и свежий воздух, а не ещё одна математика. Тут я стояла насмерть.

— Ой, а ещё судья спросил, что происходит, когда мы ссоримся. Я сказал, что тогда Соми идёт спать в вашу с папой спальню. И тогда спорить нам становится не о чем.

Тут, действительно, неразрешимый конфликт интересов. Потому что наш бедный пушистик не может выбирать. Она любит всех и хочет спать со всеми одновременно или с тем, кто её в свою комнату утащил первым. Так что приходится устанавливать строгую очерёдность.

В остальном заседание суда проходило скучно и буднично. На нас никто не нападал. А судья, мне так показалось, после разговора с мальчиками была настроена к нашей семье лояльно.

Далее мы заслушали речь о том, что сохранение кровной семьи ребёнка, конечно, важно. И поэтому у родителей будет целый год на то, чтобы исправиться и доказать, что они готовы воспитывать сына. Но до тех пор Ким Сон Дже будет жить с нами. По истечении этого срока будет назначено повторное слушание

Целый год в подвешенном состоянии.

Целый год бессмысленных надежд на то, что родители пожалеют о своём поступке и захотят всё исправить.

"Ты очень нам нужен. Мы тебя любим", — твержу, я как мантру, обнимая второго своего ребёнка.

Теперь уже точно своего.

Я никогда не хотела иметь нескольких детей. Не видела и, признаться, до сих пор не вижу в материнстве смысла жизни. У меня нет потребности заполнить внутреннюю пустоту или пережить опыт родительства. У меня нет идеализированных ожиданий о том, какой будет моя жизнь с детьми.