Книга Неудачница из литдорамы, страница 53 – Юлия Буланова

Хотя, я веду себя не многим лучше этих людей. Тоже, отвожу глаза. Кормлю Сон Дже пиццей и пирожными. Но не делаю ничего, чтобы его мать не могла вести себя так, как она хочет. Потому что понимаю: если попробую что-нибудь предпринять, сделаю только хуже.

Усталая дама из социальной службы покрутит пальцем у виска, попросит не отнимать у нее время и приходить лишь когда у меня появятся доказательства жестокого обращения — множественные ушибы и переломы. А самому Сон Дже мать запретит дружить с моим сыном и приходить к нам. Станет ли этому малышу лучше, если у него не будет пиццы по субботам? Нет. Не станет.

— Не беспокойтесь, госпожа Ким, — говорю со всей доброжелательностью, которую усилием воли загоняю в свой голос. — Я всё понимаю. И ни за что никогда не стану утруждать вас.

— Ну, тогда пусть, — нехотя соглашается женщина. — Но знайте. Я это всё баловство не одобряю. Ребёнок должен расти в строгости, а не бегать к богатым друзьям, оставляя родную мать в одиночестве. Если всё разрешать, ничего путного из него не выйдет.

— Вы абсолютно правы! Я, тоже, придерживаюсь мнения, что ребёнку не стоит разрешать всё, — Это на самом деле так. Тут я не лгу. Только каждая из нас вкладывать в эти слова совершенно разные смыслы. Да, и назвать нас богатыми сложно. Мы живём, конечно, не за чертой бедности. Особенно, сейчас. Но, достаточно, скромно.

— Да? А мне сын говорил, что ваш ребенок постоянно угощает его пуноппанами^[13]. Значит, лишние деньги у вас водятся. Вот, у меня денег на всякую ерунду нет.

Хочется с головой нырнуть в бассейн с горячей водой, чтобы смыть с себя грязь её слов.

Нет денег на пуноппан?

Слабо мне в это верится.

Юри в бытность свою официанткой жила хуже некуда, но находила возможность порадовать своего ребёнка. Впрочем, это очень удобно — маскировать жестокость строгим воспитанием.

— Я сама готовлю все сладости. Поэтому они выходят мне значительно дешевле. Не беспокойтесь, госпожа Ким. Это нас не стесняет. Но ваше беспокойство так приятно. Сразу видно, что вы — очень внимательный и ответственный человек.

— А чего мне беспокоиться? — фыркнула она. — Я чужие деньги не считаю. Хотите транжирить их налево и направо — дело ваше. Но моего сына приучать к такому не нужно. Привыкнет и что из него вырастет? Жалкий неудачник без денег и перспектив. Нет уж, я хочу иметь обеспеченную старость...

— Благодарю, что разрешили Сон Дже остаться у нас, — прервала я её разглагольствования. — Отдохните сегодня получше. Хорошего вам вечера.

— До свидания, — недовольно отозвалась женщина.

Я повесила трубку и глухо застонала. Говорила от силы пару минут, а устала так, будто целый день на кухне кастрюли таскала.

— Простите, что вам пришлось звонить моей маме, произнёс Сон Дже, заглядывая в мою комнату через щель между дверью и косяком.

— Нет, малыш, всё в порядке.

— На самом деле моя мама хорошая. Просто, я постоянно её расстраиваю. Но, если я стану хорошим, она будет меня любить.

Вряд ли можно стать достаточно хорошим для такого токсика, как мама Сон Дже. В лепёшку расшибись — не поможет. Но как это объяснить третьекласснику?

Я распахиваю дверь, опускаюсь на колени и обнимаю мальчика.

— Ты хороший, — стараюсь сказать ему самое главное. — Ты очень хороший. Ты добрый. Ты умный. Ты замечательный. Помни это. И никому не позволяй убедить себя в том, что ты плохой.