Книга Неудачница из литдорамы, страница 72 – Юлия Буланова

— Это ужасно, — произнесла темноволосая потерянно.

Я пожала плечами. Да, ужасно. Но чтобы бороться с проблемой надо её понимать.

Конечно, их первый порыв написать статью был похвален. Да, только, написали бы они нечто похожее на: "Изнасилования — это плохо. Не надо так делать".

Это я не о том, что насилие — нечто нормальное. Просто, само по себе, оно уже является уголовным преступлением. За него предусмотрено наказание. И это в законе прописано.

А обвинение жертвы, даже, аморальным не все считают. Это и есть настоящая проблема сегодняшнего дня. Бороться нужно, прежде всего с ней.

— А самое страшное в этой ситуации то, что жертва насилия оказывается в социальной изоляции. С ней перестают общаться. По разным причинам. Кто-то, потому что считает её грязной. Кто-то из самых добрых побуждений, боясь случайно в разговоре сказать что-то, что может её травмировать.

Социальная изоляция, кстати, иногда является настоящей целью преступника. Страх общественного обсуждения и, как следствие, социальной изоляции — лучший друг шантажиста. На что готова пойти жертва, чтобы никто не узнал о её позоре? И нужно ли убивать человека, чтобы избавиться от него, если можно, просто, разослать всем её знакомым одно короткое видео?

Тен Чон Су решил избавиться от меня, именно, таким образом. И у него получилось. Я исчезла. Для всех. Для своей семьи. Для друзей. Я была жива, но это не имело значения. Для своего окружения Кан Юри умерла.

Девушка с разноцветными волосами всхлипнула. Вторая же смотрела на меня взглядом трёхнедельного щенка. Она словно бы спрашивала: "Ну, почему мир такой большой, сложный и страшный, а я такая маленькая и слабая?"

Встаю, чтобы приготовить ромашковый чай. И в кухне целых пять минут царит тишина. Потом я возвращаюсь на своё место, чтобы продолжить рассказ:

— Я долго пыталась на обломках прежней жизни построить новую. Искала ответ на вопрос о том, у кого был мотив избавиться от меня таким образом. И пришла к выводу, что это был Тен Чон Су. Но подозрения жертвы — это лишь подозрения жертвы и ничего, по большому счету, не значат. Особенно, когда ты не можешь доказать, даже, сам факт преступления. Я понимала, кто стоит за нападением на меня. Однако, любой адвокат не оставил бы от обвинения камня на камне. Немаловажным фактором было ещё и то, что за спиной Тен Чон Су стояла его семья, а моя выбросила меня, как ненужную вещь. Но жизнь продолжалась. Я влюбилась. По иронии судьбы этим человеком был Тен Со Джун.

Девочки ахнули. Я кивнула, подумав, что мне, даже, врать особо не придётся. Сейчас их романтичные натуры сами нарисуют красивую сказку.

— Я очень испугалась, поняв, что мой любимый мужчина являлся наследником семьи Тен и родственником Тен Чон Су. Потом Со Джун попал в аварию. Информацию об этом легко найти в газетах. Он чудом выжил и долго находился в больнице. А я исчезла из его жизни. И родила сына, о котором он ничего не знал.

— Какой кошмар! — задушенной мышкой пискнула черноволосая.

А я кивнула и продолжила:

— Тен Со Джун ничего не знал о нас все эти годы. Но некоторое время назад мы снова встретились и мне пришлось рассказать ему обо всём. О том, что случилось. О своих подозрениях. О своём страхе за свою жизнь и жизнь моего ребёнка. Этот человек мог бы отмахнуться от сказанного мной. Или поверить своему родственнику, а не мне. Но он начал своё расследование. И не нашёл доказательств вины Тен Чон Су в том, что произошло со мной. Он узнал о его связи с другими преступлениями и поэтому пошёл в полицию. Чтобы защитить людей от чудовища в которого превратился его кузен. Подельники того человека, уже после того, как их арестовали, признались в нападении на меня.