Книга Хозяйка приюта упрямых чудес, страница 14 – Елена Амеличева

Маркиз склонил голову.

— Благодарю вас, сударь.

— Да-да. И... - мужчина неловко глянул на Агнессу. - Щенку, пожалуй, можно иногда и в доме.

Девочка просияла так ярко, что Булка тут же завилял всем туловищем.

Чиновник ретировался так быстро, будто боялся, что его сейчас заставят обедать с нами и слушать фамильяров.

Когда шаги стихли, мы все еще несколько секунд стояли молча.

Потом из стены раздалось возмущенное:

— Он наступил мне на хвост обстоятельствами!

Потайная дверца распахнулась.

Оттуда один за другим посыпались обитатели приюта. Мотыльки, серебристый малыш, ежекот, Фисташ и, наконец, Лисфей с выражением лица человека, пережившего унизительный опыт, но получившего неплохую подушку.

Тео восторженно ахнул.

Агнесса захлопала в ладоши.

Булка залаял.

И только маркиз медленно повернулся ко мне.

— Это было безрассудно.

— Это было успешно.

— Это не отменяет первого.

— А ваше лицо, когда вы услышали "кто сожрал мою фисташку", я запомню навсегда.

Он посмотрел на меня так, что мне резко стало жарко. Опять.

— Вы невыносимы.

— А вы целуетесь без предупреждения.

Дети дружно повернули головы.

Ох.

— Дядя Эдгар, - тихо сказала Агнесса. - Ты что?

— Ничего, - отрезал он.

— А Лола была не против? - деловито уточнил Тео.

Я вспыхнула.

— Теодор!

— Что? Это важный вопрос.

Лисфей одобрительно кивнул.

— Наконец-то в доме звучат здравые мысли.

Маркиз прикрыл глаза.

— Всем вниз, - сказал он. - Немедленно.

— А поцелуй был хороший? - не унималась Агнесса, пока мы спускались.

— Очень! - радостно выкрикнул Фисташ.

— Ты-то откуда знаешь? - возмутилась я.

— У меня прекрасное боковое зрение!

— Его не бывает у птиц, - заметил Лисфей.

— У талантливых бывает все!

Я уже хотела умереть от стыда повторно, когда внизу раздался стук в дверь.

На этот раз не чиновничий. Быстрый, уверенный, почти веселый.

Тетка Эвлалия выглянула в холл и ахнула:

— О нет. Только не она.

— Кто "она"? - спросила я.

Ответ пришел раньше слов.

Дверь распахнулась.

На пороге стояла высокая красивая женщина в темно-вишневом дорожном платье, с собранными черными волосами и мальчиком лет шести на руках. За ее юбку цеплялись двое близнецов, а на плече у нее восседал сонный енот в кружевном воротничке.

Женщина оглядела нас всех, задержала взгляд на мне, потом на маркизе и широко улыбнулась.

— Какая удача, - сказала она. - Значит, приют и правда открылся. Я привезла вам троих детей, одного енота и очень срочный вопрос. Кто тут хозяйка?

Если бы меня в ту минуту спросили, готова ли я стать хозяйкой чего-либо, я бы уверенно ответила: нет.

Не хозяйкой дома.

Не хозяйкой приюта.

И уж точно не хозяйкой ситуации, в которой на пороге стоят трое чужих детей, енот в кружеве и женщина с видом человека, привыкшего врываться в чужую жизнь как законное стихийное явление.

Но, увы, спросили не меня.

Все, как по команде, посмотрели в мою сторону.

Даже маркиз.

Я почувствовала непреодолимое желание ткнуть пальцем в тетку Эвлалию. Или в кота. Или в какой-нибудь шкаф. Но поздно.

— Полагаю, - осторожно сказала я, - временно это я.

— Великолепно, - обрадовалась незнакомка и тут же всучила мне сонного мальчика. - Подержите, он засыпает только на чужих руках.

Я автоматически подхватила ребенка.