Книга Цвет ночи. Глубокий красный, страница 36 – Лера Виннер

Интуиция подсказывала, что если и правда попробовать, она в самом деле станет защищаться до конца, и именно это обескураживало сильнее всего остального.

Полтора века вместе, сотни городов, десятки стран. Ссорясь, мирясь, увлекаясь чем угодно, они хотели друг друга всегда, наедине и среди людей. Это желание всегда было взаимным, не зависящим ни от каких объективных обстоятельств.

Сейчас же от Эрики он не чувствовал ни намека на подобное, и причина этого едва ли крылась в ее отречении.

— Где они? — от подобных мыслей следовало отвлечься, причем очень быстро.

— Поехали приводить в порядок дом друга, — Эрика коротко дернула плечом, давая понять, что не намерена проявлять по этому поводу излишнее любопытство, дотянулась до лежащего рядом фолианта, переложив с колен тот, который читала, и продемонстрировала Зейну изображение гримолка. — Смотри, какую красоту мы вчера нашли.

— Это «мы» очаровательно, — садиться Зейн не стал, но забрал книгу из ее рук, нахмурился, рассматривая. — Лив переслала мне твои записи.

— Она предупреждала, что у тебя, судя по всему, бессонница, — Эрика снова откинулась на диване, но Зейн успел поймать на себе внимательный, почти настороженный взгляд.

Несмотря на смену одежды, от него все еще пахло кровью, злостью, липким унизительным страхом и чужим упокоением, и все это нужно было как-то объяснить, чтобы Эрика, чего доброго, не приняла за угрозу в свой адрес.

— Прояснилось с девчонкой из Бруклина, которую мы считали первой жертвой.

— Хочешь сказать, что вышел на убийцу? — недоверие пополам с удивлением было настолько искренним, что Смотрящий отвлёкся от рисунка.

Она не хамила и не пыталась задеть его в открытую, но интонация, с которой это было произнесено, стоила многого.

«Не думала, что ты в самом деле на что-то годен в качестве Смотрящего» повисло в воздухе не произнесенным, но очевидным, и теперь она явно ждала его реакции.

Едва ли предполагалось, что Зейн взбесится, — хотя могло случиться и такое, — но Эрика очевидно хотела посмотреть, что будет. Значит, никакие ее ожидания оправдывать не стоило.

— Один из местных на собрании себя выдал. Слишком сильно боялся, что я что-то заподозрю, — он закрыл книгу, отложил её на стол, склонившись при этом достаточно близко к Эрике, чтобы спровоцировать некоторое напряжение в случае, если возможные прикосновения ей действительно неприятны. — Девушка была его подругой. Ревность, отказ. Всё как обычно.

Ничего. Если она и правда насторожилась, внешне это никак не проявилось, а ощущения и чужие эмоции остались за густой ватной пеленой, через которую невозможно было пробиться.

— Хочешь сказать, что казнил вампира за убийство человека? — Эрика подалась вперед, выражая почти весёлое удивление, которое было бы простительно новообращенному, либо тому, кто плохо его знал.

Зейн предпочёл осадить одним взглядом:

— Не за убийство, а за его сокрытие и нарушение правил. Мы расстаемся со смертными спутниками мирно, не говоря уже о том, что не оставляем следов.

Эрика, которую взгляд нисколько не впечатлил, лишь неопределённо хмыкнула, и оставалось только признать, что разговор в таком тоне грозит зайти откровенно не туда.

— Я не думаю, что это может быть реально, но если вы обе настаиваете, смотаюсь в порт, проверю его на наличие этой зелёной дряни. Ты со мной, у меня есть вопросы по шаману.