Книга Цвет ночи. Глубокий красный, страница 99 – Лера Виннер

— Поспи, я останусь с ним до утра.

Вместо ответа Дэн уставился на нее так, будто видел впервые, и в его взгляде отчетливо читалась попытка найти подвох.

По крайней мере, взгляд этот отдалённо, но напоминал вменяемый, и очередное оскорбление Эрика тоже оставила при себе.

— Я должна повторять?

— Спасибо, — отозвался он тихо, удивленно и как-то пришибленно, почти что пораженчески.

Эрика решила не заострять.

В ее представлении, пацан должен был свалить в отведенную ему соседнюю комнату и дать ей время спокойно подумать о малоприятных вещах. Однако вместо этого Дэн развернулся, что-то ища глазами. Заметив брошенную на комоде толстовку, он натянул ее поверх джемпера, и, накинув капюшон, устроился на полу с противоположной стороны кровати между ней и шкафом быстрее, чем Эрика успел среагировать.

— Ты хоть представляешь, как сильно за сегодня меня заебал?

Ответа не последовало, и, обойдя кровать, она обнаружила, что мальчишка уснул прямо в полете, едва приняв горизонтальное положение. Оставалось либо таскать его, как долбаную принцессу, на руках, либо работать с тем, что имелось в распоряжении, и Эрика предпочла последнее.

Комната, которую теоретически, а пару раз и на практике занимала она сама, находилась в противоположном конце коридора, и там было одеяло. Достаточно теплое по человеческим меркам, насколько она понимала.

Дэн спал, надвинув на глаза капюшон, в неловкой, но, по всей видимости, привычной позе, инстинктивно прикрывая живот, и принесенное одеяло Эрика набросила на него почти что с отвращением.

— Позорище.

Едва ли пацан ее слышал, но это было и к лучшему, — выдержать еще несколько минут общения с ним было выше человеческих и даже вампирских сил.

Для себя Эрика подвинула кресло. Сверилась с расписанием. И только потом, убедившись, что до момента, когда придет пора разогревать кровь, осталось не меньше трех часов, почти провалилась в него.

Мысли путались, постоянно сворачивали куда-то не туда, и, оставив попытки объять не объятное, она попробовал читать. Вышло так же плохо, как не думать о том, что прямо сейчас ей следовало бы быть в другом месте. Много где, и желательно, одновременно.

Ее поспешно и уныло короновали прошлой ночью. Завершилась вынужденная церемония, разумеется скандалом, — те, кто счел ее более прогрессивной и уместной для Нью-Йорка пересобачились с теми, кто посчитал становление новой Смотрящей плясками на костях прямо в процессе. Мысленно Эрика пожелала пропасть им всем. В идеале — вместе со своим Нью-Йорком и расплодившимися невесть почему древними ядовитыми тварями. Вслух проявила чудеса дипломатии и не позволила словесной перебранке перерасти в полноценную драку с пострадавшими.

Новый статус, Титул, претензии на который она заявляла просто чтобы посмотреть на реакцию Зейна, ощущался непривычно и отчаянно неловко. И не имел ничего общего со свободой, ради которой она так старательно ломала себя, чтобы после собрать заново.

Смотрящая над Нью-Йорком, черт возьми…

Зейн, вероятно, смеялся бы до кровавых слез.

Эрике, если быть честной, и самой хотелось это сделать.

Громоздкий, грязный, кровавый Нью-Йорк, на ее личный вкус, не мог сравниться с местами мрачной, но неизменно прекрасной, похожей на написанную гениальным художником рождественскую открытку, Веной.