Книга По воле случая или трофей для орка, страница 7 – Бай Мурзаева

Я бежала, пока в легких не осталось воздуха, пока не закололо в боку. Наконец, силы окончательно покинули меня. Я рухнула на мягкий, влажный мох, судорожно глотая воздух. Вокруг царила тишина, нарушаемая лишь шелестом листьев и странными, чужими щелчками. Каждый звук заставлял меня вздрагивать.

Не успела я отдышаться, как услышала приближающиеся шаги. Хруст ветки. Шуршание листвы.

Ужас сковал мое нутро. Они нашли меня. Твари или… или другие орки? Может, Гарк выжил и теперь ищет свой «трофей»?

Я отползла за толстый ствол дерева, прижалась к нему спиной. Сил бежать уже не было. Когда шаги стали ближе, я, зажмурившись, подняла связанные руки, пытаясь прикрыть голову. Жалкая, бесполезная защита.

Тень упала на меня. Большая, перекрывающая скудный свет. Я сжалась, ожидая удара и боли.

Но вместо этого я почувствовала резкое движение у своих запястий. Легкое давление, короткий хруст — и вдруг веревка ослабла.

Я опасливо приоткрыла глаза.

Передо мной стоял Гриом. Он тяжело дышал, его лицо было бледным, а губы поджаты от боли.

В его руке был небольшой, но острый кинжал. Я перевела взгляд на запястья, на них болтались обрезанные веревки. Следы от них горели на коже, но сами руки были свободны.

Мы смотрели друг на друга. Он с тем же суровым, изучающим взглядом, а я в полном недоумении, смешанном с остатками дикого страха.

Гриом был тяжело ранен, он держался за бок, и из-под его пальцев сочилась кровь.

— Твари… — его голос был хриплым. — Ушли.

Он сделал шаг и пошатнулся. Я инстинктивно вскочила, готовая снова бежать, но он лишь оперся плечом о дерево, с трудом переводя дыхание.

— Ты перерезал веревки, — пробормотала я, все еще не веря.

Бросив на меня короткий взгляд, в котором читалась усталость и что-то, что я не могла понять, он произнес:

— Бежать со связанными руками глупо и опасно, теперь можешь идти.

Оставить его здесь, раненого, и попытаться одной найти дорогу в этом лесу?

Я посмотрела на его рану. Кровь медленно сочилась сквозь пальцы, лицо теряло последние краски. Он спас меня. Дважды. Вытащил из клетки и теперь освободил мои руки.

В его глазах я видела воина, который исполнял свой долг, каким бы ужасным он ни был. И который, даже будучи на краю гибели, поступил… правильно.

Я сделала шаг вперед. Потом еще один. Мои руки все еще дрожали.

— Сядь, — тихо сказала я. — Дай я посмотрю.

Он удивленно поднял бровь, но, после мгновения колебания, медленно сполз по стволу на землю, расслабился и прикрыл глаза. Его дыхание было уже прерывистым.

Я опустилась перед ним на колени, отодвигая его окровавленную руку. Рана была рваной и глубокой.

Закрыв глаза, я нашла внутри себя накопившийся маленький клубок магии и прижала руки к его горячей коже.

Свет вспыхнул, и я погрузилась в знакомую, изматывающую работу исцеления.

Я помогала ему не потому, что он был мне дорог. А потому что в этом чудовищном лесу одной мне не выжить.

Когда последние капли магии вытекли из меня, я отшатнулась и упала на мягкий мох, чувствуя, как мир плывет перед глазами. Руки дрожали, но я только что исцелила по своему желанию, а не следуя чужому приказу.

Гриом опирался спиной о дерево, его могучая грудь поднималась и опускалась ровно и глубоко. Свежий розовый шрам контрастировал с зеленой кожей на его боку, свидетельство моей работы. Старые шрамы покрывали его тело словно карта прожитой жизни, и каждый шрам показывал, что этот орк не раз смотрел в лицо смерти. И каждый раз выживал.