Книга Очнуться волчицей, страница 20 – Наташа Айверс, Вивиен Ли

Мы покатились по снегу. Он навалился сверху. Когти вонзились мне в плечи. Морда с уродливым шрамом приблизилась к самой шее… Он вдохнул мой запах.

И вдруг замер.

Одно, два, три томительных мгновения.

Я дёрнулась, пытаясь вырваться, и он словно очнулся. Взревел, как раненый, а я в ответ вцепилась ему в щёку. Он зарычал, отшвыривая меня в снег, как тряпичную куклу.

— Урод! — сдавленно прохрипела я. — Отвали!

Он снова рванул ко мне. Я ощетинилась, зубы клацнули в воздухе. Он кружил, бешено дыша. Взгляд метался по моей морде, по телу, ища уязвимость. Когда он прыгнул, я была готова и успела откатиться. Он промахнулся, с треском врезаясь в ствол сосны.

Он завыл от ярости, но снова пошёл на меня, медленно пригибаясь, с горящими ненавистью зрачками.

Я отступала, пятясь. Помнила, что позади — овраг. Сделаю ещё шаг и сорвусь вниз. Прижалась к земле и приготовилась к прыжку. Мой последний шанс — ранить, вцепившись ему в горло. Это может надолго задержать его, и волчонок успеет уйти подальше.

Но он был быстрее.

Он сбил меня, вдавив в снег. Я забилась, попыталась вывернуться, но его когти полоснули по бокам — больно, но не смертельно.

Его клыки вонзились в шею на загривке. Я чувствовала, как он дрожал от ярости. Я дёрнулась, взбрыкнула. Но чем яростнее я вырывалась, тем глубже впивались его клыки.

По моей шее потекла горячая кровь.

Волчица

Вдруг из тьмы вырвалась маленькая, быстрая серая тень.

Он появился внезапно, как вспышка. С визгом, полным отчаяния и ярости, маленькое тельце метнулось из-за поваленного ствола и врезалось прямо в бок огромного белого волка.

Тот вздрогнул, повернул морду в сторону источника нападения и замер. Стоял, не шевелясь — то ли опешив, то ли прислушиваясь к визгу волчонка: не тронь её!

Этого мне оказалось достаточно. Я рванулась из последних сил, и воздух снова наполнил лёгкие. Отползла, хрипя, хватая снег пастью, дрожа всем телом и рыча на волчонка, чтобы он убегал.

Но малыш… не слушал.

А альфа всё ещё не двигался.

Он только смотрел — то на меня, тяжело дышащую в снегу, то на малыша, который метался вокруг него, рыча и повизгивая то грозно, то радостно. Волчонок бросался к нему, прижимался мордочкой, подвывал, а потом снова вставал между нами — маленький, храбрый, глупый — и рычал: не подходи!

Я продолжала хрипеть, судорожно втягивая воздух, срываясь на рычание — не на альфу, а на малыша: беги! назад!

Но он не уходил. Он защищал меня.

А белый волк… был явно чем-то сбит с толку и только спустя несколько минут он слегка склонил голову, будто прислушиваясь к чему-то в лесу. Альфа фыркнул на волчонка, который моментально замолчал, резко вскинул морду и тихо зарычал на нас. Но этот рык не был угрозой. Он был командой.

Я почувствовала этот рык не только ушами — он будто прокатился по телу. И вместе с ним в голову пришли мысли — простые, но ясные: «Туда. Иди.»

Я не совсем поняла, как ему удалось передать мне эту команду, но тело подчинилось. Я попыталась встать, но тут же покачнулась, лапы подогнулись. Волк подошёл ближе. Я напряглась, но он не нападал. Лишь наклонился и осторожно взял Арсена за шкирку. Малыш не сопротивлялся, только тихо поскуливал, глядя в мою сторону. С третьей попытки мне удалось подняться, и я пошла следом, нетвёрдо, тяжело.