Книга Красота внутри, страница 103 – Даша Семенкова

— Для того и обдумывали, чтобы прием прошел гладко и ничего не испортило впечатления. Конечно, никто и вида не подаст, что что-то не так, но...

— Факта, что что-то не так, это не отменяет, да? — закончила за нее Вероника, и Афелиса с улыбкой кивнула в ответ. — Спасибо тебе, сама бы я ни за что не справилась. Столько нюансов, просто голова кругом! И вообще спасибо, что меня не бросаешь. Я счастлива иметь такую подругу, как ты.

Голубые глазищи Афелисы сузились в длинные щелки, отчего взгляд показался мудрым и загадочным, как у египетского сфинкса. Несколько мгновений она рассматривала Веронику, потом вздохнула и забралась на диванчик с ногами, устроив голову у нее на плече.

— Ты действительно считаешь меня подругой? — тихо спросила она. — Знаешь, у меня ведь никогда близких подруг не было. Ты счастливая, у тебя сестренка есть, а у меня — никого.

— В жизни не поверю! Да в пансионе за тобой все девчонки хвостом ходили. И вообще — у тебя должно быть множество друзей!

— Приятельниц полно, и поклонников тоже, но... — она запнулась. — Мне кажется, все вокруг считают меня высокомерной.

— Это потому что ты красивая. А еще иногда просто стесняешься, чувствуешь себя скованно. Со стороны выглядит, будто смотришь свысока, но на самом деле совсем наоборот.

— Откуда ты знаешь? — изумилась Афелиса.

— Мне тоже такое... — начала было Вероника, но прикусила язык. Вряд ли с Доминикой случалось что-то подобное, хотя вот уж кому в самом деле высокомерия было не занимать. — Да так, люблю наблюдать за другими. Я ведь часто наблюдала за вами со стороны. Наверное.

Собеседница недоверчиво нахмурилась и спросила, не начала ли к ней возвращаться память. Разговор свернул в неприятное русло, и Вероника, заверив, что так ничего и не помнит, только домысливает, поспешила перевести его на что-нибудь более нейтральное.

— А о чем вы спорили с Альбертом, когда мы встретились? — спросила она. — Надеюсь, он тебя ничем не обидел, ты ведь всегда такая сдержанная.

— Так, ни о чем, — произнесла Афелиса. Пожалуй, слишком поспешно. — И мы вовсе не спорили, все в порядке.

Рассмеявшись, Вероника в шутку предположила, будто муж с подругой что-то от нее скрывают. Это задело Афелису, и, отводя глаза, та призналась, что говорили о самой Веронике.

— Мы вовсе не сплетничали, просто он пошутил неудачно. А еще мне показалось, что он немного на тебя обижен. — Афелиса пристально на нее посмотрела. — Знаю, это меня не касается, но ты должна уделять мужу больше внимания. Рядом с вами возникает чувство, будто вы друг другу совсем чужие. Даже если ты его не любишь, так нельзя.

— Потому что чужие и есть. Наверное, плохо стараемся изображать на публике влюбленную пару, я подумаю над этим, спасибо, что предупредила. Но внимание мое ему и даром не нужно, не бери в голову. Нас обоих все вполне устраивает.

— Зря ты так, оно ему нужно. Всем нужно, чтобы их любили и понимали, а ведь вы семья. Обещай, что будешь добрее с мужем, он ведь тебя ничем не обидел.

Раздосадованная этой непрошенной заботой, Вероника пообещала, чтобы закрыть тему. Ей было совершенно непонятно, с чего вдруг Афелиса взялась сочувствовать Альберту, которого и знала-то едва.

«Вообще-то она должна быть на моей стороне, как минимум, из женской солидарности, — подумала она недовольно. — Неужели Альберт ей жаловался? На него непохоже. Узнаю — выскажу все, что о нем думаю!»