Книга Коллекционер, страница 59 – Стаси и Элен Твенти

Он натянул несколько слоев чистой льняной ткани на второй, пустой котел, и они вдвоем осторожно перелили горячий соляной раствор. На ткани остался толстый, серый, похожий на ил, осадок. В котле же плескалась абсолютно прозрачная жидкость.

— И последнее, — сказал он, ставя котел обратно на сильный огонь. — Ждем.

Они стояли в тишине, нарушаемой лишь треском огня и бульканьем воды. Вода в котле кипела, испаряясь густым белым паром. Постепенно, по краям котла, начали образовываться белые кристаллики. Их становилось все больше и больше, пока вся вода не выкипела, оставив на дне толстый слой идеально белой, сверкающей соли.

Алекс взял деревянной ложкой немного соли, остудил и протянул ей.

— Пробуйте.

Кайена с сомнением посмотрела на него, потом на ложку. Она осторожно взяла несколько кристалликов и положила на язык.

Ее глаза на мгновение расширились. Это была чистая, острая, идеальная соль.

— Как? — выдохнула она, и в ее голосе звучало неверие.

— Просто, — ответил он. — Горечь и грязь почти не растворяются в холодной воде — мы смыли их. То, что осталось, мы растворили в кипятке. Соль растворилась, а примеси — нет. Мы ее отфильтровали. А потом просто выпарили воду. Это… базовый урок для детей в моем мире.

Кайена смотрела то на ослепительно белую соль в котле, то на него. Она молчала. Но в ее взгляде он впервые увидел нечто совершенно новое. Не интерес к игрушке, не насмешку над противником, не влечение к мужчине.

Уважение.

Инцидент с солью изменил правила игры. Алекс перестал быть просто экзотической игрушкой. Он стал полезен. Кайена начала приглашать его на утренние советы: пока не как полноценного участника, а как молчаливого наблюдателя. Она слушала доклады своих управителей, а потом, оставшись с ним наедине, задавала отвлеченные вопросы, которые, как он понимал, были проекцией реальных проблем. Он больше не рассказывал сказки. Он стал ее неофициальным консультантом с нестандартным мышлением.

И никто не чувствовал эту перемену острее, чем Рагнар.

Капитан наблюдал за этим с нарастающей злобой. Он видел, как чужак, которого он презирал, теперь стоит там, где не было места никому — рядом с госпожой. Он видел, как она смеется над его шутками, как спорит с ним, как смотрит на него с тем самым интересом, которого Рагнар жаждал всю свою жизнь. Его преданность, граничащая с фанатичной любовью, не позволяла ему сидеть сложа руки. Он не умел говорить о чувствах. Он умел служить и защищать. А Алекс в его глазах был главной угрозой.

Первая атака произошла на тренировочном дворе. Рагнар, сославшись на приказ госпожи «привести сказочника в форму», заставил Алекса взять в руки тренировочный меч.

— Госпожа считает, что тебе не помешает научиться держать в руках что-то тяжелее ложки, — прорычал он, и в его голосе не было и намека на шутку.

Это был не спарринг. Это было избиение. Рагнар не давал ему и шанса, нанося тяжелые, болезненные удары по щиту и плечам. Алекс, неуклюже отбиваясь, быстро выдохся.

— Что, сказочник, уже устал? — усмехнулся Рагнар, нанося очередной удар, от которого у Алекса зазвенело в ушах. — А я только начал.

Алекс понимал, что еще пара таких ударов, и его «полезность» будет обнулена в лазарете. Он опустил щит и меч.

— Все, сдаюсь. Ты победил, капитан. Ты сильнее.