Книга Оперативные будни, страница 95 – Маргарита Гришаева

— Как же я устала, — причитала я, качая головой. — Не могу больше… Ведь сидела тихо, никого не трогала, никому не мешала. О моем существовании никто и не вспоминал. И все вдруг озаботились моей персоной! — Я вновь начала злиться, терзая в руках мокрое платье. — Что им всем от меня надо? Дамиану злосчастному, его больной на голову поклоннице Флоре и всем остальным людям, распускающим слухи на каждом углу. Ненавижу!

Тут в лицо влетело знакомое желтое плетение, и меня резко покинула злость, а вместе с ней и физические силы. В поле зрения попала грустная морда хранителя.

— Помогло? — участливо поинтересовался он.

— Можно было сначала утешить словами, а не сразу успокоительное вкатывать. Знаешь ведь, что через несколько часов действие ослабнет и истерика вернется, — устало пробормотала я, не делая даже попыток подняться.

— Я тебя к тому времени спать уложу. И даже не спорь, — не дал он возразить. — Проспишься, и все будет хорошо.

— Это вряд ли.

На несколько минут воцарилась тишина.

— Не сиди на холодном, — наконец пробормотал хранитель.

Встала. Вдвоем мы прибрали последствия моего срыва и убежали в комнату, где мне опять пришлось переодеваться. Хорошо хоть, в этот раз одежду только просушить придется, а не нести сразу в мусорку. Такими темпами мне скоро ходить не в чем будет.

К утру, к счастью, я была уже спокойна и безмятежна, а не искрилась злобой ко всему живому. Кроме одной конкретной личности. С самого утра, увы, начавшегося с совместных занятий с боевиками, я ловила хмурые взгляды Флоры. Еще бы, ей было на что злиться, ведь вместо того, чтобы обзавестись живописно переломанным носом, шрамом на поллица или хотя бы синяком, я прокатилась на руках магистра в лазарет, безраздельно завладев его вниманием. Вот ведь незадача. Очевидно, вчера ревнивица не заметила его возвращения в портал. Не мне, конечно, возмущаться, благодаря Бриару я отделалась испорченным платьем. Хотя именно он — причина Флориной агрессии. Чувствуя ее ненависть, я все гадала, когда же она сорвется, и даже с нетерпением ждала этого момента. Мстить-то я отказалась, но сделать ход в ответ на ее выпад — это другое. Именно этого я и хотела. Показать, что я не беззащитна, что могу за себя постоять, что равная ей. И эту возможность мне предоставили. Боевичка продержалась весь день, но после последней пары сорвалась.

Я распрощалась с Риной, спешащей на свидание, и успела пройти с десяток шагов по коридору, когда меня, резко дернув за руку, втащили в небольшое, плохое освещенное ответвление коридора.

— Что, Серас, поговорим? — проговорила девушка, злобно прищурив глаза.

Ее неизменная подружка и подпевала Кесси осталась у входа в закуток, следя, чтобы никто не нарушил нашей приватной беседы, и кидала изредка в нашу сторону злорадные взгляды.

— Отчего же не поговорить, — спокойно согласилась я, вырывая запястье из твердой хватки. — Слушаю тебя.

— Слушаешь? — прошипела она и, с силой толкнув меня к стене, сдавила плечи. — Нет, послушать хотела я. Жертву из себя корчишь? Ах, я вся такая слабая и несчастная, спасите меня, магистр, от злой сокурсницы, — пропищала она, передразнивая мой голос.

— Мне нет необходимости кого-то изображать, — холодно заметила я, стараясь не скорчиться от боли. Нельзя показывать ей свою слабость.