Книга Единою судьбой. Плата за свободу, страница 100 – Елена Помазуева

В деревню друзья не возвращались. Никто из них не получил ранение, воду и пропитание добывали в горном лесе. Конечно, остальные знали места, где можно напасть исподтишка, но никто не шел на подлость, предпочитая сражаться честно и погибать, если неизбежное случится, глядя в лицо противнику.

Новый день и новые жертвы. В какой-то момент сердце окаменело. Казалось, оно перестало стучать, разгоняя потемневшую от горя кровь. Когда Стоик пронзил очередного ученика, тот посмотрел на него с грустью, прекрасно понимая состояние товарища:

— Хорошо, что это ты, Бешенный, - прошептал он и рухнул в руки своего убийцы.

— Чертоги богов! – взвыл Стоик, возведя очи к небу. – За что вы меня проклинаете такой жизнью?! В чем моя вина? Почему я должен проходить через это?!

Небеса не ответили, лишь метнули в лицо горсть листьев, сорвав их с ветвей.

Туман подошел к другу и положил руку ему на плечо.

— Он прав. Если я и готов умереть от чьего-то меча, то только от твоего, Бешенный, - в голосе почувствовалась горечь и грусть.

— Я не желаю никого убивать! – резко развернулся к нему Стоик.

— У нас нет выбора, - равнодушно обронил Туман и отошел в сторону.

Они брели по лесу, не собираясь ни на кого нападать. За последние несколько дней им пришлось множество раз сражаться и смотреть на тела убитых ими учеников. С кем-то отношения были накоротке, с другими прохладные, но с каждым разом, они словно срезали часть плоти с души.

— Если я не ошибся в подсчетах, то нас осталось пятеро, - равнодушно произнес Хмурый, глядя с высоты на деревню.

Сейчас она казалась далекой и чужой. Они ни разу не возвращались к домам, предпочитая не бередить раны воспоминаниями о прошлом. Старик вернулся к хозяйственным делам, обычным в деревне, и продолжал жить, словно ничего не произошло. Двое взрослых, которые помогали присматривать за поселением, не обращали внимание на происходившее вокруг. Смертельные поединки их не касались, и с высоты казалось, что им абсолютно безразлична вспыхнувшая вражда между учениками.

— Один раненный лежит в доме, - присмотревшись, сообщил Туман.

— Значит, в лесу осталось двое, - подвел итог Стоик.

— Бешенный, что будем делать, когда расправимся со всеми? – спросил Хмурый и оба парня внимательно посмотрели на друга.

Вопрос витал в воздухе с первого дня, но никто не решался его озвучить.

— Я … я что-нибудь придумаю, - судорожно сглотнул Стоик.

Он старался не загадывать наперед, действовать по обстоятельствам, но чем меньше оставалось участников, тем сильней давило на них категоричное требование – один выживший.

Несколько дней ничего не происходило. Создавалось впечатление, что противники стараются взять передышку, пока не восстановится раненный товарищ, чтобы уравнять шансы. Когда настал день схватки между ними, по молчаливому согласию все шестеро решили подвести итог противоборству.

Они бились только за жизнь, смерть никого не устраивала, а потому атаки отличались яростью. Помогали иногда, придерживая противника, но в основном бились один на один. Первым был убит едва оправившийся от ранения. Туман воткнул острие меча в землю и поднял взгляд красный от гнева на судьбу. Он осмотрел две пары и поспешил на помощь к Хмурому. Вдвоем они быстро расправились с противником и после окружили последнего.