Книга Трактир графини Оболенской, страница 10 – Мария Геррер

— Ее сиятельство… — замялась Глафира. — Ее сиятельство изволила научить меня делать начинку к пирожкам…

— Что? — не поняла Матрена. — Что ты несешь, Глафира, белены объелась?

— Что не так? — повернулась я к Матрене. — Я люблю такую начинку. Попробуешь, и тебе понравится.

Кажется, к кухарке надо было тоже обращаться на «ты». Я совершила промашку.

— Матрена, ты подобрала чулок, который я бросила? — куда-то же он делся? Чулок был совсем не призрачный, абсолютно реальный.

— Нет, Анна Ильинична, не подбирала, — отрицательно качнула та головой и поежилась.

— Неважно, — махнула я рукой и вышла с кухни.

Интересно, когда изволит явиться мой муж? Очевидно, он на службе? И где он служит?

Зимний вечер наступил быстро. На улице зажглись тусклые фонари. К счастью, в квартире уже было проведено электричество. Большая хрустальная люстра освещала длинный стол, покрытый белоснежной скатертью, бросая на нее радужные блики. Стол был сервирован на одного, значит, супруг не скрасит мой ужин. Пожалуй, это к лучшему.

Я села в удобное кресло, бесшумно вошла Настя, торжественно держа в руках жаркое на большом серебряном блюде. Мне хватило одного взгляда, чтобы понять — жаркое из крольчатины. Пахло оно ароматно, но я бы добавила немного ароматной паприки. Жареный картофель смотрелся неплохо, вареные перепелиные яйца в качестве украшения блюда выглядели великолепно.

— Ты пирожки пробовала? — поинтересовалась я у Насти. Мне было безумно интересно узнать, понравилось ли мое нововведение.

— Нет, что вы, Анна Ильинична! Как можно? — испуганно протараторила Настя.

— Иди и попробуй. Потом скажешь свое мнение. И пусть Матрена и Глафира тоже выскажутся. Как понимаю, вы такое раньше не пекли?

— Нет, Анна Ильинична, даже не слышали о такой начинке.

— Иди, Настя, с кроликом я сама разберусь, — отрезала ножку и положила себе на тарелку. Налила из графина клюквенный морс, взяла теплый хлеб.

Еда тут вполне приличная, главное, все свежее, с пылу с жару. Однако кролик меня разочаровал. Во-первых, это оказался не кролик, а заяц — мясо жесткое, как у любой дичи. Его стоило подольше мариновать. Но ничего, это мелочи.

Снова вошла Настя, положила приборы еще на одного.

— Муж приехал?

— Нет, Анна Ильинична, Сергей Николаевич гостит у друга в имении, вернется через неделю, не раньше. Вы запамятовали, наверное?

— Точно, забыла, — кивнула я, пытаясь отделить мясо зайца от кости. Все-таки надо лично смотреть, что и как тут готовят. Я бы зайца приготовила совсем иначе. — Тогда это для кого? — кивнула на приборы.

— Для Шарлотты Карловны. Она только что вернулась.

— Она что, с нами живет? — не поняла я. Только этой Шарлотты тут и не хватало!

— И это запамятовали, Анна Ильинична, — вздохнула Настя. — Она же ваша компаньонка.

— А, ну да, — закивала я. — Как головой ударилась, много чего забыла. Но память возвращается быстро, — добавила поспешно. Стало быть одна из комнат не гостевая, а принадлежит Шарлотте. То-то одна спальня показалась мне жилой. Но не слишком ли близко расположена она к апартаментам моего мужа? Нет, я не ревную. Пока не ревную. Вот только на шута мне вообще нужна компаньонка? Да еще молодая и симпатичная?

— Аннет, платья великолепны, вы будете в восторге, — в столовую стремительно вошла Шарлотта. — Все, как вы пожелали — пена из кружева, вышивка на лифе и шифон. Много шифона. Прелестно, прелестно! — мило картавила она.