Книга Следствие ведет Мальвина, страница 87 – Татьяна Миненкова

— Для чего? — Я застываю с наполовину развернутой конфетой и уже догадываюсь о том, что Валя сейчас скажет.

— Для уставных форменных туфель, — сообщает он голосом фокусника, который только что достал из шляпы пару кроликов. — Ты что, не удивлена?

Вздыхаю, не зная даже, как на это заявление реагировать. Можно было бы радоваться тому, что эксперт только что подтвердил мою теорию, но в эту теорию мне отчего-то совсем не хотелось верить.

Каждый правоохранитель, получая свои первые погоны дает присягу — торжественно обещает служить закону. И когда тот, кто дал это обещание становится преступником — это сложно укладывается в голове.

— Не удивлена, Валь, — признаюсь я, отпив глоток горячего чая. — Но я и так догадывалась, что убийцей может быть кто-то из сотрудников.

— Правда? — кажется, он расстроен. — Я-то думал, смогу помочь тебе в расследовании. А почему ты успела так решить?

Звонок телефона прерывает наш разговор. Это Юля Власова. Я сама звонила ей с утра, но номер был недоступен.

— Здравствуйте, Алина Владимировна, — голос собеседницы хрипловатый и тихий. — Я извиняюсь, была не на связи — ночью выпила снотворного и проспала слишком долго. Вы мне звонили?

Сообщаю, что действительно звонила, чтобы узнать время похорон и узнаю, что прощание идёт уже сейчас, а погребение состоится через час на местном кладбище.

— Собираешься ехать? — без труда поняв смысл нашей беседы уточняет Валя, когда я кладу трубку. — Хочешь, отвезу?

— Не нужно, работай. Ты и так очень мне помог. Посмотри еще дактилоскопию[2], может там найдется что-нибудь полезное.

Шурша конфетным фантиком, Тихомиров качает головой:

— Вряд ли. Я еще когда изымал, видел — следы ужасные. Если и найду что-то — это будет невероятным везением.

Чай и шоколад оседают в желудке приятным теплом. Контрастируют с томительно-неприятным ожиданием похорон, на которые я одновременно и хочу идти, и боюсь, что они станут тем самым шагом назад.

— Ну должно же мне хоть когда-нибудь повезти, — вздыхаю я.

Пальцы сворачивают фантик так, словно в нем всё ещё есть конфета. Ринка часто так делала в детстве. Иногда вся вазочка со сладостями могла оказаться полной таких пустышек. Хрупкое воспоминание о том, как смеялась сестра, когда я доставала одну из них, разбивается внутри, словно ёлочный шар, и режет душу острыми осколками.

— Повезёт, — успокаивает Тихомиров. Очевидно, во взгляде отразилось нечто такое, что заставило эксперта меня пожалеть. — Удача — это вероятность, принимаемая на веру. Так что главное — не отчаиваться.

Не люблю, когда меня жалеют и демонстрирую на лице кривоватую усмешку:

— Так и сделаю, Валь.

Поднимаюсь со стула и надеваю куртку. С учетом необходимости дождаться такси и добраться до кладбища, пора выезжать уже сейчас. Мысленно я уже там — продумываю тактику поведения, которая поможет найти убийцу среди присутствующих. Тихомиров убирает со стола кружки, и они тихо позвякивают друг о друга. Его неожиданный вопрос вырывает меня из мрачных раздумий:

— Как ты смотришь на совместный поход в кино ближе к выходным?

Поход в кино совершенно не укладывается в мой нынешний график и вообще в мою жизнь, вертящуюся вокруг поисков таинственного убийцы. Но отголоском ночного кошмара в голове вдруг звучат последние слова Рины. «Не забудь выбрать фильм на выходные». Я ведь так и не выбрала. Дыхание застревает в горле, и я отворачиваюсь, чтобы Валя снова не принялся меня жалеть. Но он вместо этого принимается уговаривать: