Книга Совершенство, страница 171 – Татьяна Миненкова

— Я удалю тебя из черного списка.

После этих слов я отщелкиваю ремень безопасности, собираясь выйти, но Нестеров удерживает меня за запястье. Пальцами другой руки он ласково убирает волосы с плеча и касается малиново-фиолетового пятна на моей шее. С легкостью понимаю, что на этот раз никакой вины за собой он не чувствует. И все же это прикосновение вызывает ураган непрошеных эмоций, чувств и желаний. Но я лишь замираю, завороженная его взглядом. Даже на миг забываю дышать, пока сердце в груди трепещет, словно переливающиеся крылышки бабочки-махаона, пойманной сачком.

— Лучше пообещай, что позвонишь сама, когда соскучишься, – глухо просит Марк своим бархатным голосом, от которого количество мурашек моментально удваивается.

Большим пальцем он ласково гладит нежную кожу на внутренней стороне запястья, и я понимаю, что сейчас готова пообещать ему что угодно. Оглушенная стуком собственного сердца, я молча киваю, не сумев произнести нужные слова вслух.

Но Марку этого, кажется, достаточно. Он разжимает пальцы и отпускает меня. Поняв, что поцелуя, которого я так ждала, не последует, несколько раз моргаю, сбрасывая оцепенение.

Я выхожу из машины. Не оглядываясь, поднимаюсь по ступенькам. И мысленно чертыхаюсь. Опять ловушка: позвонив, я признаю, что соскучилась.

После такого замечательного дня вместе я начинаю скучать по нему, не успев отойти от черного автомобиля и десяти шагов. Но признаваться в этом ему не стану.

Оглядываюсь, наблюдаю за тем, как Марк уезжает, и удаляю его номер из черного списка. Чувствуя искорки азарта внутри. Это похоже на начало нового соревнования, в котором проиграет тот, кто позвонит первым, а я намерена выиграть.

Площадь Баляева далеко от центра и от моря, и вместо туманной дымки она, словно большая чаша, доверху залита желтыми солнечными лучами. Горячими и густыми, несмотря на то что время близится к вечеру.

Поднимаясь к дому по крутому склону сопки, я отчего-то снова погружаюсь в сомнения и размышления о том, что сейчас между мной и Марком. Приятное сладкое послевкусие от клубничного тартара и нашей сегодняшней встречи перебивает открытие, что в наших отношениях что-то не так.

Притом что Нестеров мил и заботливо галантен, он не поцеловал меня, как раньше, хотя я очень хотела снова почувствовать прикосновение его губ. Он больше не предлагал помощи и ни о чем не просил. Да, Марк сказал, что он не с Лаурой, но ведь он и не со мной тоже.

В который раз жалею о том, что рядом больше нет чертенка, который находил для всего, что происходит в моей жизни, логичные и веселые объяснения. Сама я пришла лишь к неприятной догадке, что Антон мог рассказать Марку обо мне что-то такое, что заставило его сделать какие-то новые и, судя по всему, неутешительные выводы. Теперь Нестеров знает про меня слишком много для того, чтобы испытывать то же притяжение, что было раньше. Я больше не загадочная прекрасная незнакомка. Но кто же я для него?

И зачем была нужна сегодняшняя неожиданная и приятная встреча? Неужели случайность? По ощущениям это больше было похоже на свидание, хоть и произошедшее экспромтом.

У «полтинника» тихо. Жара загнала жильцов в прохладу бетонных стен, и, обойдя гору оставленных кем-то бутылок, я спокойно вхожу в собственный подъезд, где все еще воняет гарью подожженного на днях мусоропровода.