Книга Письма из Терра Арссе, страница 249 – Татьяна Миненкова

Таур-ан-Фарот иногда отвечал Пятой Следующей, но больше отмалчивался, выражая крайнюю степень безразличия и к нашей дальнейшей судьбе, и к своей собственной.

Голые стены, тяжелые решетки и омерзительный запах грязи, разложения и прелого залежавшегося зерна погружали в атмосферу безысходности и апатии.

Я, сто раз проклявший свое желание воспротивиться гвардейцам в момент нашего пленения на въезде в столицу, тер место ушиба и размышлял о принцессе Терра Вива.

В частности, меня интересовало, жива ли она, и если да, то, что почувствует, если на рассвете четвертого дня меня все же казнят? Сам я больше не ощущал ни ее эмоций, ни ее резерва, что заставляло все больше убеждаться в мыслях о ее гибели. Либо мы просто оба были обессилены и испытывали идентичные отчаяние, боль и беспомощность.

Тулемий, в противовес уверенности Тиала в успехе намечающегося побега, старательно внушал всем мысль о том, что при любом исходе, все мы обречены на страшную погибель. Но, несмотря на его мрачные предсказания, план был готов и условно утвержден.

В назначенное время Тори должна будет накрыть пологом невидимости Тиала и, когда прибывшие для раздачи ужина стражи, решив разобраться, в чем дело, откроют дверь камеры, Четвертый атакует их магией, заберет ключи и поможет всем нам сбежать. Гениально и просто.

Король на нашу идею с побегом отреагировал равнодушием, а на предложение бежать с нами — категорическим отказом:

— В когда-то моем королевстве мне теперь найдется место лишь в темнице и на плахе палача, поэтому предпочту пока остаться здесь.

И никто из нас не стал спорить, хотя и прозвучало это жутковато.

Еще и Тулемий периодически выдавал что-нибудь вроде:

— В побеге смысла нет. Все мы уже приглашены на собственную казнь, и она состоится.

Я был далеко не единственным, кому хотелось закрыть ему рот, однако, на наше несчастье, добраться до сумасшедшего видящего, не имея ключей от замка его камеры, было невозможно. Даже Тиал-Аран не рисковал, не желая поджечь вместе с Тулемием и нас, чем выдать себя раньше времени.

Как и все гениальные и простые планы, наш имел один изъян — он строился исключительно на незыблемой тиал-арановой уверенности в себе и не был хорошо и тщательно продуман. Да и как вообще мы, просидевшие большую часть жизни взаперти, могли правильно спрогнозировать поведение других людей?

Когда пришло время действовать, и Титория накрыла Тиала пологом невидимости, стражи вместо того, чтобы тут же открыть его камеру для проверки, вызвали подкрепление. И теперь вместо четырех гвардейцев, мы получили, судя по топоту десятков ног, еще целый взвод.

Этот вариант, кстати, был одним из «а вдруг?», предложенных Тэтрилин и скептически воспринятых Тори.

Я переглянулся с Тэт, которая так же вопросительно уставилась на меня. Что теперь делать? Отказаться от побега? Остаться и ждать собственной казни? Другого шанса сбежать, скорее всего, не представится.

Титория на нас не обращала на нас внимания. Опустив голову, несмотря ни на что, она верно выполняла свою часть плана, помогая Тиалу оставаться невидимым. И, если присмотреться повнимательнее, то место, где находился Четвертый Следующий, угадывалось по слабо мерцающей дымке.

Топот множества ног по каменным ступеням лестницы становился все громче, четче и ближе. Моя головная боль усилилась, мешая нормально соображать.