Книга Катамаран, страница 28 – Александр Ольшанский

— Прости, что втянул тебя во все это, – снова повторил Александр, и в его голосе слышалась усталая горечь.

Таня посмотрела на него. В свете звезд и навигационных огней его лицо казалось молодым и беззащитным, совсем не похожим на лицо уверенного капитана, каким он старался казаться днем.

— Я уже сказала – я сама решила пойти, – её голос прозвучал тверже, чем она ожидала. – И ни о чем не жалею. Ну, почти ни о чем, – она не удержалась и улыбнулась.

Он улыбнулся в ответ, и в его глазах мелькнула благодарность. Они снова замолчали, но теперь молчание было другим – не стеснительным, а объединяющим. Они были двумя людьми в бескрайнем океане, окруженные тайнами и опасностями, но в эту минуту они чувствовали, что могут положиться друг на друга.

Прошло еще около часа. Тревога понемногу отступила, уступая место усталости. Их вахта подходила к концу. Из рубки вышли Паоло и Анна Мари, сменить их. Паоло зевнул во всю свою итальянскую глотку.

— Ну что, стражи ночи, все спокойно? Никаких призрачных кораблей, морских чудовищ или подозрительных личностей, крадущих наши запасы пасты?

— Одна подозрительная личность тут как тут, – парировала Таня, вставая и потягиваясь. – И она как раз вышла на вахту.

— О, это я! – Паоло с комичным ужасом посмотрел на себя. – Надо же, а я и не знал, что я так опасен! Ну, теперь берегитесь все! Ночью во мне просыпается дух пирата Карибского моря!

Анна Мари, укутанная в большой плед, молча устроилась в кресле, прижимая к себе сонную Лилу. Она с опаской посмотрела на темный океан.

— Не бойся, – ободряюще сказал ей Паоло. – Если что, мой пиратский дух защитит. Или, на крайний случай, я буду швыряться в злодеев оливковыми косточками.

Таня и Александр, уходя в каюту, обернулись на прощание. Паоло уже вовсю развлекал Анну Мари какими-то невероятными историями, жестикулируя так, что, казалось, вот-вот свалится за борт. На их фоне ночь снова казалась мирной и спокойной.

Уже подходя к каюте, Таня поймала на себе взгляд Александра. В его глазах было что-то новое – не только вина и усталость, но и какая-то тихая, твердая уверенность. Эта ночь не принесла ответов, но она подарила им хрупкую нить, за которую можно было держаться, чтобы не утонуть в море взаимных подозрений. Они были еще далеки от разгадки тайны, но теперь они знали, что, по крайней мере, вдвоем они сильнее, чем поодиночке. А в условиях, когда океан и люди ополчились против них, это знание стоило очень многого.

Утро на катамаране началось с маленького, но важного ритуала. Анна Мари, протирая стекла своих массивных роговых очков, раздавала завтрак своей верной спутнице Лилу. Мартышка, сидя на её плече, деловито хватала кусочки банана и свежего манго, попутно стараясь стащить со стола какую-нибудь блестящую безделушку. Воздух в кают-компании был густым от запаха кофе, который варил Паоло, и легкой, едва уловимой примеси морской соли.

— Вот, Лилу, налетай. – Ласково говорила Анна Мари, поправляя съехавшие на кончик носа очки. – Сегодня нам предстоит большая работа. Нужно подкрепиться.

Она сама почти ничего не ела. С самого утра её мутило от качки, но она старалась не подавать вида, боясь выглядеть слабой в глазах команды, а особенно – в глазах Бьорна. Привычный мир книг и схем, обычно дававший ей утешение, сегодня казался далеким и ненужным. Она раскрыла том о батискафах, подаренный ей на шестнадцатилетие в память о деде, но буквы расплывались перед глазами, превращаясь в невнятные черные черточки.