Книга Запах смерти, страница 50 – Эндрю Тэйлор

Я потянулся к колокольчику слева от камина:

— По-моему, я сегодня и так позволил себе выпить лишнего.

— Нет-нет. Я по другому поводу. Впрочем, хорошая мысль. Мы вполне можем распить еще бутылочку.

В гостиную вошел Джосайя и низко поклонился.

— Передай Мириам, чтобы шла сюда, – распорядился Винтур.

Джосайя поднял глаза на хозяина:

— Мириам, сэр?

— Да, старый дурак. Мириам. Ты что, оглох? И принеси еще одну бутылку.

Джосайя снова поклонился и закрыл за собой дверь. Секунду спустя в гостиную вошла Мириам. Она присела в реверансе, после чего застыла в ожидании приказов.

— Подойди сюда, женщина. Вот так. Встань в свете огня камина.

Мириам молча повиновалась. Ее лицо было непроницаемым совсем как дом с закрытыми ставнями.

— Повернись! – Капитан поднял свечу, чтобы свет падал на девушку. – Нет, не так. Медленно. Чтобы мы могли рассмотреть тебя со всех сторон. – Он взглянул на меня. – Что вы о ней думаете, сэр?

— Не уверен, что мне пристало иметь свое мнение о чужой прислуге.

— Но в том-то и дело, сэр, – расхохотался Винтур. – Неужели вам не понятно? Она не прислуга. Она рабыня.

— Да, но в принципе…

— В принципе, это то же самое, как если бы она была моей лошадью. Или моей собакой. Или моим домом, если уж на то пошло. Она принадлежит мне. А значит, я могу ее продать. – Он снова повернулся к Мириам, которая застыла, отвернувшись от света. – Ну что скажете? Девяносто гиней на аукционе? Сто гиней? Хорошо обученные служанки благородных дам на дороге не валяются! В самом расцвете сил, отличная фигура. – Голос капитана внезапно стал хриплым. – Посмотри на меня, девочка, и открой рот.

Мириам посмотрела на капитана. Она открыла рот. Я мельком увидел влажный розовый язык.

— Вот! Я так и знал! – воскликнул он. – Вот видите? У нее все зубы целы, по крайней мере бóльшая часть. Понимаете, у домашних рабов всегда хорошие зубы. Будь я проклят, если я знаю почему, но это факт. Я выставлю ее на аукцион прямо завтра. Уверяю вас, вам не придется долго ждать. Ее купят в мгновение ока.

— Но, сэр, Мириам – служанка миссис Арабеллы. И подобная продажа может доставить ей неудобство. Я категорически отказываюсь это делать.

— Уверяю вас, вам и не придется ничего делать, – расхохотался Винтур. – Моей жене отнюдь не всегда требуется служанка. А если возникнет нужда, она может воспользоваться служанкой моей матери. Да и вообще, после окончания войны у моей жены будет столько служанок, сколько она пожелает.

— Однако, по-моему, Мириам прислуживает и вашей матушке тоже.

Капитан выпрямился в кресле:

— Для меня это вопрос чести, сэр.

Впрочем, он сразу отвлекся на новую бутылку мадеры, которую принес Джосайя. Открыв бутылку, старый слуга налил нам вина, но не ушел, а остался стоять в тени возле двери.

Я взял бокал, чтобы поддержать компанию, и, повернувшись к Винтуру, произнес:

— Не могли бы вы оказать мне любезность, сэр?

— Будь на то моя воля, сэр, я сделал бы для вас все, что угодно, но долг чести…

— Видите ли, – перебил я капитана, – в данный момент мне не хотелось бы иметь при себе столь большую сумму наличных, учитывая царящий в городе беспредел. В наши дни человек не может доверять ни банку, ни торговцу, не может вложить деньги так, чтобы его не обманули, не нарушили обязательств и не сделали банкротом.