Книга Анна Павлова и священный рубин, страница 69 – Юлия Алейникова

Марине все это казалось бездарным спектаклем, холодным и бездушным.

Но и этот день закончился, и потекла привычная будничная жизнь, в которой все было как всегда, не было только бабушки, вместо нее в Марининой душе зияла огромная пустота. Но постепенно работа и выступления отвлекли Марину, а вскоре она заметила, что мысленно беседует с бабушкой, как и прежде, советуется с ней, делится самым важным. И она могла бы поклясться, что все это не плод ее фантазий, а просто бабушка не ушла, а осталась с ней ангелом-хранителем. Особенно ее присутствие ощущалось в квартире, в которой усилиями Саши был наведен идеальный порядок, и Марина все чаще оставалась здесь ночевать, пока не решила окончательно в нее перебраться.

Санкт-Петербург. 7 апреля 2022 г.

— Ну что, добры молодцы, какие есть идеи, кто, по-вашему, мог так старушку расчекрыжить? – подперев рукой голову, поинтересовался капитан Муромцев, глядя на сотрудников отдела. – Андрей, ты чего думаешь?

— А чего тут думать? Телефонная книжка убитой есть, показания родственников есть, сейчас проверим всех врачей, мясников, таксидермистов, ну и кто там еще может такими навыками владеть, и дело в шляпе, – пожал плечами Андрей.

— Да нет, Андрюха, не прокатит. Не было у нее знакомых мясников и таксидермистов. Кому теперь знакомые мясники нужны, не застой, не времена дефицита. Да и чучела она не коллекционировала. Нет среди ее знакомых таксидермистов. Врачи есть. Вот их действительно надо проверить, и насчет увлечений всяких надо ее знакомых опросить, типа охоты или, может, рыбалки на крупную рыбу, типа акул в экзотических морях. О таких нам пока не известно.

— Сергей Викторович, а может, это не знакомый, в смысле не близкий знакомый, а кто-то из бывших поклонников умом на старости лет двинулся и решил предмет своего прежнего обожания на тот свет отправить? Ну, типа, не достанься ж ты никому, – проявил фантазию Саня Лютиков, молоденький лейтенант с нежной душой и хорошим воспитанием, непонятно как затесавшийся в суровые ряды Следственного комитета.

— Молодец, Саня. Вот ты эту версию и проработай, – добродушно посоветовал капитан Муромцев. – Надо бы насчет сережек украденных похлопотать, может, их в скупку сдали?

— Можно, только сейчас этих скупок по городу как собак нерезаных, пойди обойди их все. Да и не обязательно с ними в скупку идти, можно и так толкнуть у метро, – пожал плечами Андрей Суворов.

— Но проверить все же стоит.

— Пусть Лютиков займется. Он молодой, резвый, а у мня еще дело Веселовых. И вообще завал, извини, Серега.

Проверка знакомых убитой балерины выявила в ее окружении четырех врачей. Ортопед-травматолог, крупный специалист в своей области, ревматолог, окулист и кардиолог. И окулист, и кардиолог были женщинами, хотя это, разумеется, не снимало с них подозрений. Снимал возраст. Окулисту Лаврушиной было восемьдесят два, а кардиологу Гусаровой шестьдесят один – вот ее, наверное, все же стоит проверить. Так решил про себя капитан. Руки уже не те, но при желании да опыте… кто знает. Операционного опыта у Альбины Константиновны, судя по всему, не было. Работала она в частной клинике, на приеме, была доктором наук, до этого работала в ведомственной поликлинике, а вот в больнице никогда не работала, соответственно, операций не проводила. Да и в день убийства была на приеме. «Вычеркиваем», – довольно пробормотал капитан, ибо сбор данной информации занял у него не более часа. «Хорошо бы и с остальными так же скоренько закончить», – помечтал он.