Книга Анна Павлова и священный рубин, страница 86 – Юлия Алейникова

— Возьми мой плащ и зонтик, – предложила Марина.

Саша засобиралась, ворча на питерскую погоду и на жадную службу такси, которая в дождь втрое поднимает тариф.

Подруга ушла. Марина побродила по квартире. Загрузила чашки и блюдца в посудомойку и, выключив везде свет, отправилась в спальню.

— Что бы мне почитать? Бабуля, ты как думаешь? – привычно поинтересовалась Марина. – Полистаю Оскара Уайльда для поднятия настроения. Ну и что, что сто раз читала, у него такой легкий изящный слог, сплошное наслаждение.

И Марина с книжкой улеглась на кровать.

Следующий день прошел без происшествий, а в среду Марину ждал на проходной театра смутно знакомый мужчина средних лет, в куртке и джинсах.

— Добрый день, Марина Юрьевна.

— Добрый день, – внутренне напряглась Марина. Если это опять по поводу подвески, она немедленно позвонит отцу!

— Оперуполномоченный капитан Муромцев, мы с вами уже беседовали в день смерти вашей бабушки. Борисова Александра Дмитриевна ваша подруга?

— Да. – Марина внезапно почувствовала слабость в коленях. – Что с Сашей?

— Вы виделись позавчера?

— Да. Она приезжала ко мне в гости. Ушла около половины одиннадцатого. Шел ливень, она вызвала такси, – дрожащим голосом проговорила Марина.

— Во что она была одета?

— В платье и легкую джинсовую куртку. Но ливень был очень сильный, и я одолжила ей свой плащ и зонтик.

— Вы проводили ее до машины? – деловито расспрашивал полицейский.

— Нет. Зачем? Что с Сашей?

— Каким такси она воспользовалась? «Убер», «Яндекс», еще какое-то?

— «Яндекс», кажется. Что с Сашей?

— Вчера днем ваша подруга была найдена убитой, – так же сухо ответил полицейский.

Марина услышала то, о чем неосознанно догадывалась. Она попятилась на ослабевших ногах и опустилась на банкетку у стены.

— Марина? Что с тобой, тебе плохо? – поспешил к ней спускавшийся по лестнице Игорь Земнухов, ее партнер по новому спектаклю. – Маринка, Мариша?

— Игорь, предупреди, пожалуйста, что вечером я не смогу танцевать, – едва выговорила Марина.

— Да что случилось? Может, неотложку? – суетился вокруг нее Игорь, а к ним уже спешили и другие артисты труппы.

— Молодой человек, у госпожи Коваленко сегодня погибла близкая подруга. Проводите ее, пожалуйста, до дома, – тихо попросил подошедший к Игорю полицейский.

— Что? Конечно. Мариша, вставай, солнышко, я тебя домой отвезу. Давай свою сумку. – И молодой человек, надо сказать, весьма импозантный, с пышной шевелюрой и грациозной поступью, подхватил Марину, ее баул, свою сумку и поспешил увести девушку от шушукающихся коллег.

Игорь довел ее до квартиры, открыл за Марину дверь, помог раздеться.

— Мариш, может, чаю приготовить? – с интересом рассматривая квартиру, предложил он.

— Нет, спасибо.

— Может, надо кому-то позвонить? Родителям, например, чтобы приехали?

— Нет, спасибо. Папа занят, а мама на даче, – вяло ответила Марина.

— Ну давай я с тобой посижу? – героически предложил Игорь.

— Спасибо, Игорек, не нужно. У тебя вечером выступление. Ты предупредил, что я не смогу?

— Да. Позвонил, предупредил. Они Хлопонину поставят.

— Спасибо.

Игорь ушел, а Марина заревела в голос. Она думала о Саше и плакала. Ревела, причитала и чувствовала себя жутко виноватой. Почему она не удержала Сашу, не оставила ее у себя? Зачем пригласила в гости? Зачем, почему? За что? Ей было даже больнее, чем после бабушкиной смерти. Саша была молодой и такой хорошей. Такой доброй, за что? Почему? Саша, милая, добрая, веселая, надежная, самая близкая на свете после бабушки. За что? Что за ужас происходит вокруг нее, Марины? Почему все умирают?