Книга Анна Павлова и священный рубин, страница 87 – Юлия Алейникова

Марина плакала долго. Часа три, может, больше, пока не прозвенел дверной звонок. Она нехотя сползла с дивана и подошла к дверям.

— Кто?

— Степан, – прозвучал знакомый голос. – Соседка, у тебя все в порядке?

— Да, – коротко, хрипловатым от слез голосом ответила Марина.

— А чего тогда ревешь? Уже четыре часа двадцать шесть минут. Вот что, открывай, я должен убедиться, что у тебя все в норме.

— Не надо. Я в норме, – подавляя всхлип, ответила Марина.

— Открывай, а то дверь снесу. Или пожарных вызову, или твоих родителей, – перебирал возможные варианты Степан.

— У тебя нет их телефона, – сопротивлялась Марина.

— Есть. Твоя бабушка давала на всякий случай.

Перспектива разговора с родителями Марину не устраивала. Она не могла заставить себя позвонить им и все рассказать. Пока нет. Пришлось открывать.

— Ну вот, – входя, сказал Степан. – А теперь выкладывай, что стряслось, – потребовал он с порога.

И Марина выложила. Прямо тут, в прихожей, со слезами припав к его груди, она выплакала ему все свое горе, и, как ни странно, ей стало легче.

— Да, история. – Они сидели на диване, Степан прижимал ее к себе, обняв рукой за плечи, и тихо покачивал.

— А знаешь, она очень с тобой хотела познакомиться, – вспомнила Марина.

— Жаль, что не успели, – искренне сказал Степан. – Ты вот что, если будешь вечером домой возвращаться или еще какая ситуация, звони. Встречу на улице или провожу. В общем, не стесняйся.

— Спасибо. – От слов Степана на душе стало тепло и щемяще тоскливо. Его забота трогала и одновременно напоминала о том, что с родителями у нее таких теплых близких отношений почему-то нет.

— Знаешь, я, пожалуй, переночую у тебя на диване, – решил Степан, – только за подушкой с одеялом схожу. Так будет спокойнее.

Марина крепче к нему прижалась и снова разревелась, на этот раз от избытка благодарности. Степан был как старший брат, сильный, заботливый, такой, о каком мечтает каждая девчонка. Она, во всяком случае, когда-то мечтала.

Санкт-Петербург. 19 апреля 2022 г.

Капитан Муромцев сидел у себя в кабинете и просматривал очередное дело, дело об убийстве двадцатитрехлетней Александры Борисовой, работавшей в школе учительницей английского языка. Впрочем, дело можно уже не считать самостоятельным, а смело объединять его с делом Коваленко.

Девушка была найдена на территории гаражного кооператива, уже расселенного и приготовленного к сносу. Нашла ее тетка, выгуливавшая на пустыре поблизости свою овчарку. Точнее, овчарка и нашла.

Как девушка попала на территорию гаражного кооператива вдали от дома, было, в общем-то, ясно. По свидетельству ближайшей подруги, убитая вызвала такси. В таксомоторной компании вызов такси подтвердили, но пассажирку водитель так и не дождался. Очевидно, из-за пелены дождя погибшая Борисова по ошибке села в другую машину, которая и завезла ее в кооператив. Там ее избили, но не изнасиловали, а потом убили. И в этом была вся сложность. Если девушку хотели ограбить, то зачем сперва избили? В чем смысл? Да и не ограбили ее вовсе. Банковские карты на месте, небольшая сумма наличных тоже. Золотое кольцо и сережки на месте. Даже смартфон не украли. Вопрос: кто и зачем похитил и убил Александру Борисову?

Обстоятельства позволяли капитану тихо списать это дело, не ввязываясь в длительные разбирательства, но увы. Так капитан поступить не мог. Не мог, и все. Сергей Муромцев имел с детства две отличительные особенности – совесть и ответственность. Именно эти черты выделяли его среди сверстников и страшно отравляли жизнь в юности.