Книга Роковая монета, страница 77 – Наталья Николаевна Александрова

— Вот, пускай Спиридонов тебе квартиру купит! Ничего, у него возможности есть. А если не согласится, скажешь, что отдашь документы наследникам Коврайской.

— Да у нее вроде и наследников нет…

— Ничего, было бы имущество, а наследники найдутся! – отмахнулась Надежда. – Ну, договорились? – Она хотела положить ключи на стол, но вспомнила, что это плохая примета и переложила их на подоконник. – Сейчас ты по-быстрому расскажешь мне, чего не досказала в прошлый раз. Думаешь, я забыла? Расскажешь, и я уйду. И ты меня больше никогда не увидишь. Так говори: кого ты видела ночью на корабле, когда возвращалась в свою каюту?

— Вы не поверите! – Алена после хороших новостей и какой-никакой еды выглядела явно лучше. Конечно, лиловый синяк никуда не делся, и челюсть по-прежнему была слегка на сторону, зато глаза блестели по-боевому. – А видела я того парня, который со стариком разговаривал. Только в баре он был в цивильном, а тут на нем была форма стюарда. Или не стюарда… в общем, какой-то корабельной обслуги. Я еще в баре все думала, отчего мне лицо его знакомо, значит, служил он на том круизном лайнере. Красивый парень, форма ему шла, только немножко портило пятно родимое на подбородке, вот тут… – Алена прикоснулась к собственному подбородку и поморщилась от боли.

— Он снова со стариком базарил?

— А вот и нет! На этот раз он разговаривал с Глебом.

— С Глебом? – удивилась Надежда.

— Ага, стояли так в темном углу и беседовали.

— А о чем?

— Да я понятия не имею! Глеб этот спиной ко мне стоял, так что я поскорее ноги оттуда сделала, пока он не обернулся.

— Значит, он тоже полночи где-то гулял, а говорил, что в своей каюте был… – пробормотала Надежда Николаевна.

— Это хорошо, что ты ко мне одна пришла, без этой чокнутой писательницы, – усмехнулась Алена. – При ней бы я и рассказывать не стала про Глеба этого. Она бы меня живьем съела за него. Прямо так уж за ним увивалась всю неделю, смотреть противно было.

— И после того, как Коврайскую убили? – прищурилась Надежда.

Мария-то ей говорила, что после убийства она на своих соседей по столу и смотреть-то не могла, не то что лишнее время с ними проводить, и что Глеб сам настаивал на встречах с ней. Странно все как-то…

— После убийства, конечно, мы все не в своей тарелке были, мало друг с другом общались, – сказала Алена, – как-то не о чем разговаривать стало, даже видеть друг друга не хотелось…

— Ладно, пойду я, дел еще много! – засобиралась Надежда. – А ты выздоравливай…

Алена ее не удерживала, хотя простились они по-хорошему.

Надежда поехала домой с твердым решением пробежаться по магазинам и приготовить наконец мужу обед на два дня. Или ужин, как посмотреть. Поэтому она целеустремленно направилась в супермаркет, откуда вышла с тяжеленной сумкой, а затем зашла в пекарню за свежим хлебом и прикупила в ларьке ядрышек абрикосов, а также кислых яблок, чтобы потушить с ними индейку.

Дома она быстро распихала по местам разбросанные вещи, прошлась по квартире с пылесосом и поставила на плиту индейку. Потом нашла в сумке рецепт абрикосового пирога и долго разбиралась в собственных каракулях. Решила было махнуть рукой и сделать обычное песочное тесто, но призвала себя к порядку (нужно уметь преодолевать трудности) и замесила все по рецепту. После чего порезала абрикосы на дольки и, вытащив косточки, положила на час в сахарный сироп. И только было решила слегка отдохнуть после тяжелых трудов, как ее телефон залился тревожной трелью.