Книга Проклятие Тары, страница 67 – Алекс Монт

— Есть… немного, — с расстановкой ответил Евгений и приподнял очки с переносицы.

— Я тебе подкину чуток, у меня в производстве одно дельце, солидный клиент, так что не переживай, живи сколько надо, твори, работай, о деньгах не думай, — Чаров встал и направился было к двери, но Женя остановил его.

— Насчет творить, Гоша. Не мог бы ты посодействовать мне пропуск получить?

— Хочешь в нашем архиве покопаться!

— Много там материалов по моей теме.

— Из Конторы, как ты знаешь, я ушел, так что придется кого-то просить, а это время, да и…

— Ладно, забудь. Попробую обойтись, — безропотно принял ситуацию Евгений.

— Давай без «обойтись», — неожиданно резко возразил Чаров. — Возьмешь мой пропуск, ну и паспорт, соответственно. Только очки сними, когда к архиву подгребать будешь. Ну, а свои ксивы у меня оставь. А то предъявишь в запаре мой пропуск со своим паспортом!

— А если что? — неуверенно спросил брат.

— В одной камере сидеть будем! — пошутил детектив и закрыл дверь на кухню.

Седой нашел исполнителя на заказ Матвея. Выбор авторитета пал на террориста с богатым послужным списком и биографией киллера, имевшего опыт работы в России. Именно он руководил ликвидацией олигарха Антипова в ложе Александринского театра в Петербурге в августе 99-го, а за месяц до этого спланировал взрыв «Боинга» на Багамах, приведший к гибели генерала Радовича. Когда Седой вышел на него, Джавад сидел на мели и его не пришлось упрашивать. После событий 11 сентября в Нью-Йорке и начала операции США против талибов^[22] Джавад, находившийся на тот момент в Афгане, поспешил обосноваться в Северном Ираке у курдов. Однако война 2003-го и свержение Саддама сыграло с ним злую шутку, и он подался в Косово под крыло Хашима Тачи. Косоварский лидер, памятуя неуживчивый характер Джавада, не особо доверял ему, поручая второстепенные, сугубо технические задания. Честолюбивый боевик с дипломом юриста, магистр права Оксфордского университета с неимоверным трудом сносил бытовавшее положение вещей и ждал удобного момента, чтобы свалить от Тачи. «Как получу задаток, немедленно вылетаю», — заявил он Седому.

Звонок из Белграда застал Прохора Семеновича в кабинете.

— Можешь переводить аванс, Проша! — голос Седого бодро звучал в трубке. — Когда деньги упадут на счет, мой человек вылетит в Москву. Встретишь его в аэропорту и объяснишь нюансы на месте, — энергичными рублеными фразами давал указания Седой застигнутому врасплох и не ожидавшему подобной от него прыти чекисту.

Помогать находившемуся в международном розыске Джаваду не грело душу Прохора Семеновича. Он рассчитывал получить свой гешефт и отскочить, ограничившись передачей информации и денег, однако напор серба заставил его пересмотреть первоначальные планы.

— Договорились, Седой! Перевожу бабки и жду твоего человечка, — удивляясь себе, безоговорочно принял условия авторитета чекист. «Ладно, если дело выгорит и Чарова удастся препроводить к праотцам, игра стоит свеч», — убеждал себя он, набирая номер Фрумкина.

— Срочно приезжай со своим Матвеем, Боря. Предстоит предметный разговор.

— Семеныч, ты все решил?! — в радостном возбуждении, едва не срываясь на фальцет, заверещал в телефоне Фрумкин.

— Ослабонись! Дуй ко мне в офис и все узнаешь! — охладил пыл взбудораженного банкира чекист и отсоединился.