Книга Роковые камни Аркаима, страница 45 – Елена Гордина

— Только как одна из шести подозреваемых в деле об убийстве Кристины, – услышав из уст психолога «короткое резюме» ее сегодняшней ситуации, Лиза ужаснулась, как, как такое возможно, что всего за три месяца ее жизнь просто рухнула в пропасть?

— Если следствие докажет, что Владимир действительно педофил и убил дочь наших друзей, то я превращусь из подозреваемой в свидетеля. А пока все под следствием, детей из семьи забрала опека. – Лиза больше не могла плакать, но и не плакать она тоже не могла.

После того как Владимира арестовали и посадили в СИЗО на девяносто дней, а детей прямо из школы изъяли органы опеки, Лиза все время находилась в непрекращающемся кошмаре. Она не могла спать, не могла есть, к тому же ее в течение двух часов уволили с работы, поэтому она все время находилась одна в четырех стенах дома и просто сходила с ума. После двух суток непрерывного плача и бессонницы Лиза увидела в конце коридора щенка и поняла, что у нее начались галлюцинации. Она выпила лошадиную дозу успокоительного, уснула, а когда проснулась, первым делом пошла к психотерапевту, благо, деньги у нее еще были. Она должна оставаться сильной и здоровой, чтобы защитить себя и сыновей, она должна стать мальчикам опорой, она должна все это выдержать и не сломаться…

Психотерапевт, молодая и симпатичная женщина, смотрела на нее с нескрываемым интересом, еще бы, такая тема, как в российском сериале с Центрального канала:

— Елизавета Николаевна, – психотерапевт кашлянула в кулак, – вы понимаете, что я очень сильно ограничена обстоятельствами и в рамках текущего уголовного дела, да еще такого тяжелого, не могу давать вам никаких советов. Вы находитесь в острой фазе стресса, вам сейчас не психотерапевт, а психиатр необходим. Он назначит лечение, подберет препараты, вам станет легче, а вот потом уже можно и ко мне, но имейте в виду, – она снова покашляла, – в текущей ситуации я не могу гарантировать вам сохранение врачебной тайны. По запросу от силовиков, так как вы подозреваемая в уголовном преступлении, я должна буду рассказать им все, что вы скажете мне. Понимаете? Не хочу вам лгать.

Лиза кивнула:

— Да, я понимаю, – она сидела в кресле и то и дело грызла ногти на руках, нервная привычка из детства вернулась, – но мне нужна помощь, я не справляюсь.

— У нас в поликлинике есть два хороших психиатра, запишитесь к любому, да побыстрее, – посоветовала ей психотерапевт.

Лиза поблагодарила женщину и вышла из кабинета; немного помедлив и собираясь с мыслями, она подошла к регистратуре:

— Запишите меня к психиатру, к любому, на сегодня.

— Прямо сейчас есть пустое окно, – администратор подняла на нее глаза, – пациент отказался от приема, платите и идите в 101-й кабинет, если доктор еще не ушла, вы ее успеете застать на месте.

Лиза оплатила прием и поплелась назад, она шла по длинному коридору и искала кабинет с номером 101. «Врач-психиатр высшей категории Цыба Мария Андреевна», – прочитала Лиза и открыла двери.

— Я к вам на прием, – она вошла в кабинет.

Психиатром оказалась очень пожилая женщина, с глубокими морщинами, которые, словно канавы, покрывали все ее лицо. Сутулая, абсолютно седая, с короткой стрижкой, без макияжа, она сидела за столом в темно-сером костюме, а на груди у нее висел нелепый серебряный кулон в форме звериного зуба.