Книга Пианистка, страница 77 – Татьяна Бочарова

Карина открыла было рот, чтобы сказать «нет», но вдруг вновь ощутила воздействие невидимой и неодолимой силы. Губы ее сами собой, помимо воли, произнесли: «Идемте».

Они покинули буфет. Странное, гипнотическое состояние не оставляло Карину. Разумом она понимала, что никуда ходить не надо. Пора будить Олега, собираться на репетицию. И в то же время другой голос сладко нашептывал: «А вдруг? Вдруг? Что-то прекрасное, нежданное?»

Подгоняемая этим вкрадчивым голосом, она послушно следовала за Русудан.

Номер той оказался в самом конце коридора. Женщина повернула ключ и распахнула дверь.

— Входите, милая.

В комнате царил идеальный порядок, кровать была заправлена без единой складки, на покрывале боком стояла взбитая подушка. У окна находился столик, на нем красовалась пузатая вазочка с одной-единственной розовой гвоздикой, лежал шелковый вышитый очечник, а рядом с ним толстая книга, заложенная посередине бумажным листком.

— Садитесь, – пригласила Русудан, – я сейчас.

Она выдвинула ящик стола и достала колоду карт, еще более потрепанную и толстую, чем та, которая хранилась в спальне у Карины.

— Снимите. – Женщина протянула ей карты.

Карина левой рукой сдвинула часть колоды.

Русудан снова, как недавно в буфете, пристально, оценивающе глянула на ее лицо.

— Гадаем на червонную даму.

Она ловко извлекла из стопки нужную карту. Та оказалась совсем непохожей на даму червей из Карининой колоды: сухопарая, с надменным взглядом синих глаз и высокой прической, украшенной цветами.

Пальцы Русудан стремительно раскидали колоду по частям: часть вверх от дамы, часть вниз, две части по бокам. Затем, что-то шепча себе под нос, она отсчитала несколько карт и положила их рубашками вниз в самый центр.

— Итак, что мы имеем… – Русудан веером раскрыла центральные карты, слегка отстранилась от стола, наклонила голову. – На сердце благородный король. В голове – слезы бубновой дамы. Окружает вас казенная обстановка, а при пороге – возвращение в родной дом. Пока не вижу ничего такого. – Она пожевала губами и принялась собирать карты со стола.

На этот раз колода была перетасована еще более быстро и причудливо, Русудан выхватывала из нее парные картинки и откидывала их отдельно. Те карты, что остались, она разложила по три в пять кучек, а последнюю раскрыла. Это оказался бубновый валет.

— Странно. – Русудан посмотрела на него и покачала головой. – Сердце успокоят какие-то хлопоты… Впрочем, начнем по порядку. Для сердца – ну тут, как прежде, благородный король. Для дома – снова слезы некоей дамы. Что было… – Тут она хитро прищурилась. – Было у вас, милая, любовное свидание, и совсем недавно, в казенном доме, то есть здесь, в гостинице! Что будет? – Русудан открыла предпоследнюю стопку, и тут же лицо ее посуровело. Ничего не говоря, она сгребла со стола последнюю, пятую кучку, заглянула в карты и резким движением перемешала их. – Нет, ничего не видно. Наверное, я ошиблась – все у вас, дорогая, будет как у людей. Ни наследства, ни крупного выигрыша вам не светит. Извините.

— Да ничего, – проговорила Карина, чувствуя, как ее отпускают оцепенение и сонливость, – проживу как-нибудь на свою зарплату. Пожалуй, мне пора, – она встала из-за стола, – приятно было провести время.

— Всего доброго. – Русудан натянуто улыбнулась.