Книга Во сне и наяву, страница 161 – Татьяна Бочарова

«Тем слаще будет успех», – повторила я про себя, как заклинание, и вызывающе улыбнулась.

— Хорошо, ты прав. Я сделала это нарочно. Ты мне действительно понравился.

— Могла бы так меня не затруднять, – проговорил Дмитрий весело. – Да и колеса жалко.

— Черт с ним. – Я махнула рукой.

— Верно, – согласился он. – Хочешь выпить?

— Не откажусь.

Он достал из бара начатую бутылку «Мартини». Мы выпили по бокалу и как-то само собой оказались на диване. Его руки легли мне на талию, потом переместились ниже.

Дмитрий снова поцеловал меня, на сей раз настойчивее, продолжая с силой прижимать к себе.

— …Раздевайся.

Переход был таким неожиданным и грубым, что я невольно опешила. Отшатнулась от Дмитрия, вскочила с дивана. Он не удерживал меня, сидел с непроницаемым лицом, наблюдая за мной.

— Ты говоришь со мной как с проституткой.

— Ты и есть проститутка, – произнес он спокойно.

— Нет. Это неправда. Я…

— Знаю, что хочешь сказать. Ты – студентка иняза, твой папа – певец, и так далее.

Я смотрела на него с ужасом. Похоже, эта акула оказалась мне не по зубам и собиралась накормить меня моей же собственной наживкой.

— Ты… не веришь мне? – спросила я наконец.

— Почему? – На лице Дмитрия отразилось искреннее удивление. – Верю. Но все вышеперечисленное отнюдь не мешает тебе быть проституткой. В душе, так сказать.

— Я могу уехать, – проговорила я обиженно.

— Не советую. На подъезде к Москве сейчас жуткие пробки. Потеряешь кучу времени. Если мои слова тебя оскорбили, я готов извиниться. – Он поднялся, подошел ко мне и поцеловал мою руку. – Прости, Лида. Я дьявольски устал за сегодняшний день, если и ляпнул что-то, то не со злости, а оттого, что голова плохо варит. Прости и не сердись.

У меня немного отлегло от сердца. Я кивнула:

— Чего уж. – Улыбнулась и спросила: – Мы что, так и будем стоять здесь и выяснять отношения?

— Нет, конечно, – смутился Дмитрий. – Вообще, не знаю, что на меня нашло. Надо было давно увести тебя отсюда.

— Куда?

— В моем доме есть комнаты поуютней. – Он усмехнулся и взял меня за руку. – Пошли покажу.

Я послушно двинулась за ним, благодаря бога, что все обошлось и, кажется, наступает момент, который должен намного облегчить наше общение.

Я не ошибалась. Дмитрий провел меня через широкий коридор в спальню. Окна были занавешены плотными, тяжелыми портьерами. Темнота и интерьер, очевидно, подействовали на него возбуждающе: едва переступив порог, он принялся с остервенением срывать с меня одежду. В мгновение ока на мне не осталось ровным счетом ничего, я очутилась распластанной среди мягких пуховых подушек и одеял.

Сдержанность Дмитрия как ветром сдуло. Такого страстного до одержимости любовника я, пожалуй, не встречала за все пять лет своих похождений. В какой-то миг мне стало не по себе, захотелось вырваться из его объятий, убежать, скрыться.

Однако я терпела, стараясь во всем подчиниться воле Дмитрия, угадать его тайные желания и удовлетворить их…

Когда все закончилось, у меня не осталось сил, чтобы вздохнуть, не то что вести разговор о деловых бумагах и расписках. Дмитрий ровно и сонно дышал мне в щеку, и я чувствовала, как сами собой закрываются глаза.

«Утро вечера мудренее», – мелькнуло у меня в голове, и это была моя последняя сознательная мысль. Дальше все погрузилось во мрак сна.