Онлайн книга «Желтый мокасин для любовника. Веселые рассказы»
|
— Отдайте мою девочку! Где она? Как вы смели ее увезти! Ну, отец вскипел, рванул на улицу, потряс нахала, с лестницы выкинул – уйди от греха, убью, гад! Тот не сопротивлялся, чувствовал вину. А только наутро опять пришел: — Где Фрося? Мне бы ее только увидеть! Так и повелось. Каждый день он уже у их двери. Настырный. Отец его вышвыривает, а он возвращается. Любовь. …Фрося родила, когда никого не было дома. Скрывала беременность до последнего, они и не заметили ничего. Уехали в очередной раз, возвращаются – оп-па. На следующее воскресенье он пришел опять. Отец привычно схватил его за шиворот, чтобы спустить с лестницы. А потом рука дрогнула. – Гад ты! Совратитель! Она же совсем дурочка была… Ну да что там теперь! Короче, ты стал отцом! Иди к нам, хоть поешь! Кожа да кости! Следующие два выходных он приходил осторожно-виновато. Но уже как-то по-семейному. Опускал голову. Ел, что предложат. И только потом в глаза жалостливо заглядывал: — А Фрося приедет? Мне бы хоть издали… Ну что с ними делать? В эти выходные решили взять Фросю с собой на дачу. Черт с ним, с этим малахольным, если такая любовь. Пусть хоть на потомство посмотрит. Кормится-то он уже как свой… Придется им теперь всю молодую семью на себе тащить… Вы прослушали рассказ моей подружки Галочки про ее кошку Фросю. Вот именно так она мне эту историю и изложила. А что? Судьба примерных девочек из приличных семей, встретивших красавца-хулигана, везде одинакова… Мальдивные дивы Поехали мы тут на Мальдивы. И в первый же день увидели их на пляже. Типично россиийская пара. Он – мужик за 50, обуреваемый идеей вечной молодости: диетно-поджарый, с робкими зачатками мускулов на офисно-худых ручках и ножках. Седой ежик волос, белое невыразительное лицо, большие темные очки, которые он не снимает ни в море, ни в столовой. Похож на околокремлевского чиновника. Очевидно, официально он сейчас в командировке где-нибудь в Индии. С ним юная нимфа. На вид лет 20—22. Стройненькая, с тонкой до невозможности талией, чуть оттопыривающейся почти мальчишеской попкой, просвечивающими ребрами нежной спины и круглыми, победно вздернутыми, явно великоватыми для этого узкого тела грудями: похоже, подаренными не природой, а пластическим хирургом. Девушка каждую минуту отрабатывает Мальдивы, подчеркивая свою ценность для вложений – во всех смыслах этого слова. Ей не сидится на лежаке, выставленном в центр небольшого пляжа на яркое солнце. Она то ложится поперек топчана, картинно отставив попку и циркульно раздвинув ноги, будто пытаясь поймать ими побольше солнца. То подскакивает и начинает эротично-плавно натирать груди маслом для загара. Спохватывается, что стоит при этом спиной к спонсору: разворачивается, и натирает их второй раз – для него. Верхней части купальника у нее нет. И хотя здесь, в стране строгих исламистов, это даже среди туристок не принято, было бы жестоко не давать девушке показывать всем то, на что она угробила столько сил и средств. Закончив с грудью, нимфа подскакивает и начинает театрально сушить светлые до плеч волосы, томно перекидывая их с одной стороны головы на другую и раскинув в стороны руки. Намотавшись головой, садится, поднимает высоко вверх стройную ножку и медленно растирает ее маслом, поминутно останавливаясь полюбоваться своей работой. Затем экранно-сладко потягивается, немного машет над головой легкокрылым парео – я чайка! – картинно закуривает длинную сигаретку – все это на жаре в 32 градуса – и хохочет ненатуральным гортанным смехом, высоко запрокинув юную шею – спонсор, очевидно, пошутил. Не смотреть на них невозможно – их лежаки выдвинуты на самую авансцену крошечного пляжа. Да и девушка чарующе-фальшиво, но истово работает на публику, будто в кустах кто-то скомандовал: «Мотор». |