Книга Детектив на даче, страница 60 – Наталья Николаевна Александрова, Татьяна Устинова, Елена Логунова, и др.

— Дора, – сказала я виновато, – если тебе тут так сильно не нравится, возвращайся в город.

— Как? На попутной телеге?

— Ой, не драматизируй, не такая тут глушь, чтобы рассчитывать исключительно на гужевой транспорт, – обиделся Петрик.

Критики в адрес милого его сердцу хутора он не выносит. Даже не позволяет нам жаловаться на отсутствие элементарных удобств. Оскорбляется в лучших чувствах, дуется и куксится… А надутый и скуксившийся Петрик – это, я вам скажу, беда посерьезней, чем отсутствие благ цивилизации. Его плохое настроение заразно и убийственно, как чума.

— Все равно, не могу я уехать. – Доронина встала и поплелась к себе, явно не желая продолжать разговор.

— Тогда давайте попробуем поспать, – предложила я миролюбиво и присмотрелась к щели между закрытыми ставнями. – Ночь еще, темно, даже петухи не проснулись.

— Спать иль не спать? Вот в чем вопрос, – с истинно гамлетовским драматизмом вопросил нарочитый бас с чердака. – Достойно ли терпеть безропотно позор судьбы? Иль нужно оказать сопротивленье? Восстать, вооружиться, победить? Или погибнуть, умереть, уснуть?

— Ради бога, не надо восставать! – взмолилась я. – Спать, Эмма, спать!

— Окей, – нормальным голосом согласился мой братец Витя, он же Эмма – студент актерского факультета и четвертое колесо в телеге нашего бизнеса. – Но с условием! – Он коротко откашлялся и мелодично напел: – На заре ты меня не буди… На заре ведь я сладко так сплю…

— Хо-с-с-споди, и зачем только я с вами поехала! – простонала Доронина за дощатой стеночкой справа от меня.

— Дайте уже спать, противные! – капризно потребовал Петрик из-за стеночки слева.

Как будто это не он всех разбудил!

Эмма, оценив иронию ситуации, демонстративно взоржал, но его демонический хохот быстро перешел в храп.

Вопрос «Спать иль не спать?» решился положительно.

— А где завтрак?! – возмутился брат мой Эмма поутру, окинув взором печь и ее окрестности.

— А где Дора? – Я тоже огляделась. – Сегодня ее очередь готовить.

Вахты на условной кухне мы методом жеребьевки определили сразу по приезде. Отдежурить успели я и Петрик. Это не сильно нас напрягло. С учетом того огорчительного факта, что опытных спецов по выживанию, знакомых с устройством и правилами эксплуатации русской печи, среди нас не оказалось, в первый день мы питались преимущественно печеньем, консервами и зеленью с грядки под забором. Причем лопали, как мне кажется, съедобную траву вперемешку с сорняками – знатоков ботаники в наших рядах тоже не нашлось.

На второй день Петрик, наш ярый приверженец чистоты стиля, устав от сухомятки, сам подключил электрическую плитку. Просто поместил этот современный прибор на приступок русской печки, постановив его считать ее частью. Таким образом, мы фактически готовили на печи – вполне аутентичненько.

— Дора куда-то ушла, – доложил Петрик из сеней. – Под лавкой нет ее кроссовок «Адидас».

— Значит, в люди вышла, – поняла я.

В пределах нашего двора Доронина щеголяет в галошах, найденных в тех же сенях: бережет свою фирменную обувь. Она ужасно экономная.

— Надеюсь, она принесет еды, – пробурчал Эмма и пошел во двор – мыть руки перед ожидаемым приемом пищи.

Пока он там звякал пимпочкой допотопного рукомойника и крякал, выражая недовольство температурой воды, бодрый румяный Петрик с аккуратно зачесанным влажным чубчиком красиво раскладывал на блюде собственноручно собранную подзаборную зелень.