Книга Гиблые земли, страница 48 – Альбина Нурисламова

— Два зала, – напутствовала женщина. – В первом – настоящие люди. Ленин, Петр Первый, Сталин, Майкл Джексон, Мэрилин Монро всякие. А во втором – из кинофильмов и мультиков. По кругу пройдете – и на выход. Можно еще фотографии фигур купить. За отдельную плату.

От фотографий ребята отказались.

— Как знаете. Пока нет никого, ходите, смотрите, сколько хотите. Ограничения по времени нет.

Проговорив это, женщина вышла на улицу, оставив брата с сестрой в помещении.

Воздух был спертый, все кругом – нафталиновое, старое, потрепанное. Восковые фигуры – желтолицые, с застывшими стеклянными взорами, обряженные в пестрые тряпки – производили гнетущее впечатление. Выпучивший глаза Петр Первый был похож на маньяка, улыбка Мэрилин Монро напоминала гримасу боли, а поп-икона Майкл Джексон смотрелся ярморочным побирушкой.

Персонажи фильмов выглядели еще хуже. Пожалуй, только Фредди Крюгер был пободрее других, а Шрек с Фионой, Микки Маус, Человек-Паук и Терминатор были сработаны топорно, точно дешевые куклы из магазина китайских товаров.

Катя рассматривала восковых уродцев с любопытством, а Роману было противно и немного неловко глядеть на эти подделки. Он не стал говорить сестре, что несколько лет назад был в одном из филиалов музея мадам Тюссо, в Берлине, и вот то зрелище его впечатлило.

— В туалет хочется, – соврал Роман, – пойду схожу, а ты смотри пока. Я тебя на улице буду ждать.

Катя согласно кивнула, застыв возле рогатой Малефисенты. Ей жалкое сборище кукол тоже не нравились, было стыдно: чего ради она потащила сюда Романа, городского парня, который к тому же многократно бывал за границей? Чем думала его удивить?

Девочка собралась уходить, но, поскольку не любила оставлять дела незавершенными, решила посмотреть последнюю фигуру. Точнее, группу фигур: Белоснежку и семерых гномов.

Сказочная героиня стояла вполоборота к посетителям, прижав руки к груди и умильно глядя на гномов. У «красавицы» было плоское лицо лимонного цвета, черные волосы мазутом стекали по плечам. Умиляться ей было особенно нечему: сгрудившиеся у ее ног существа с придурковатыми выражениями на лицах производили отталкивающее впечатление – злобные бородатые карлики вместо милых гномов.

Приглушенный свет мигнул, но не выключился; одна из ламп так и продолжала мигать, вдобавок загудела монотонно. Звук действовал на нервы, в глазах рябило. Нет, ей определенно пора на воздух, к Роме.

Катя развернулась в сторону выхода из зала, но тут заметила, что в сказочной группе произошли изменения. Белоснежка теперь смотрела не на гномов, а на нее! Смотрела в упор, и Катя, холодея, подумала, что кукла ее видит. В черных глазах плавало лукавое торжество, рот приоткрылся.

«Быть такого не может! Это потому, что свет мигает!»

Девочка попятились и едва не влетела в стоящих позади нее Шрека с Фионой. Они смотрели на Катю, зеленый великан плотоядно усмехался, квадратные зубы торчали из раскрытого рта. Рука Фионы и прежде была вытянута, словно она пыталась схватить посетителя толстыми пальцами?

«Толстыми и… слишком длинными? Сколько у нее фаланг?»

Катя завертелась на месте. Все восковые фигуры, находившиеся в зале, развернулись и глядели на единственную посетительницу. Фредди Крюгер вскинул свои лезвия, Доктор Лектор облизывал губы, даже безобидный Микки Маус выглядел кровожадным.