Книга Тьма внутри, страница 95 – Альбина Нурисламова

— Прекрати немедленно меня…

— Да я не начинал еще! – заорал Платон. – А ведь я так тебя любил. Чувство свое через всю жизнь пронес. Все для тебя и Марты готов был сделать. А ты взяла и растоптала мое сердце!

— Сам виноват, – закричала она в ответ. – Я тебе не тупая домохозяйка, не хочу сидеть и сопли твоему ребенку подтирать!

— «Моему» ребенку? Вот как! Никогда руки на тебя не поднимал, голоса не повышал, но это! Никогда не прощу. С того света достану!

Зачем произнес последние слова, Платон и сам не понял. Слетело с языка. Бешенство душило, и он, испугавшись, что может совершить непоправимое, попятился от жены, метнулся в прихожую, схватил пуховик и выбежал из квартиры.

…На девятый день народу пришло намного меньше, чем на похороны. Лилия знала, почему, и это ее не волновало. Не пришли со стороны Платона – родственники, друзья. Соседи тоже проигнорировали. Лилия узнала от противной старухи Галины Федоровны, что двоюродная сестра Платона устроила свои поминки, туда всех и позвала.

И скатертью дорожка. Пусть катятся, а то сидели бы с кислыми минами. Лилия знала, что они винят ее в смерти Платона. Ведьма старая нашипела всем, настроила против Лили. Только пусть болтают, руки у них коротки доказать хоть что-то! Не убивала же она его, в самом деле!

А что выбежал вон, едва приехав из командировки, сел в машину, покатил куда-то, с управлением не справился и в ограждение бетонное вписался, так это к кому вопросы? К Платону. Лилия не при делах.

Умер на месте, оставив ее вдовой с дитем малым на руках – так Лилия всем говорила, превратившись в собственных глазах в страдалицу и героиню.

Девятый день проходил в квартире. Лилия и в церковь сходила утром, и столы накрыла, все чин по чину, кто бы что ни говорил о ней. Сейчас застолье подходило к концу. Незаметно получилось, что собравшиеся позабыли, зачем они тут, по какому поводу. Скорбные гримасы пропали с лиц, голоса стали громче, кто-то включил музыку.

— А все-таки умеешь ты устраиваться, Лиль, – сказала одна из подруг, затягиваясь сигаретой.

Платон бы второй раз помер, увидев, что в доме курят, подумалось вдове, и она хмыкнула.

— Да, смотри-ка, и квартира шикарная, и машина – всё тебе! – завистливо протянула вторая.

— И на карточке немало, последняя зарплата, накопления, – сказала Лилия.

Пускай прямо лопнут от зависти.

— Мужика всегда найдешь, богатая теперь невеста! – воскликнула третья.

Лилия, конечно, порой задумывалась, что станет делать, чем на жизнь зарабатывать, но не хотелось о грустном. В конце концов, замуж можно снова выйти. Тот же Володя холост, при должности. А она завидная партия. Прицеп, конечно, имеется, но это ничего.

Наверное, грешно, но кто узнает? Лилия думала, что без Платона, без его постоянной опеки и присмотра, назойливого внимания она станет счастливой и свободной, сможет делать, что захочет. Начнется ее новая жизнь!

К моменту, когда все разошлись, оставив в квартире полный разгром, стукнуло десять вечера, и Лилия была основательно пьяна.

«В ванну – и в кроватку», – думала она.

Мысли тяжело ворочались в голове, перед глазами все расплывалось.

Лилия кое-как выбралась из ванны, завернулась в банный халат. Вышла в коридор и уже хотела выключить за собой свет, как голова ее дернулась от удара. Кто-то отвесил ей подзатыльник! Кто? В квартире никого нет, кроме нее и Марты, которая давно спит в своей комнате. Новый удар невидимой руки сбил с ног. Хмель смыло ужасом.