Книга Ты умрешь красивой, страница 96 – Юлия Лист

Сам он уселся на стол боком.

— Итак, я начну. Мы просмотрели видео с камер, обнаружили на одном из них Жака Турно. Он побегал от нас, устроил настоящие гонки в самый час пик, но мы его взяли и прижали как следует. Ломался недолго, видно, просто играл комедию, в конце концов, выдав все как на духу.

— Что? — одновременно воскликнули Эмиль и Вера.

— А то, что у него фальшивый бельгийский паспорт!

— И все?

— Когда мы это выяснили, остальное уже не было смысла скрывать… Он сознался, что в порыве гнева нечаянно зарезал сына. А потом его понесло и он убил писателя — мстил за дочь.

— А сына зачем нарядил в платье?

— Что ж, это легко объяснить. Благодаря перформансам Куаду пресса вспомнила про «Призрака Тюильри», стали появляться статьи и даже фото людей в карнавальных костюмах. Турно — опытный бандит, вор, у него двойное гражданство. Он сообразил обрядить труп и подбросить его в парк.

Эмиль свел брови на переносице.

— Фальшивый бельгийский паспорт, говоришь?

— Да, Эмиль. Наш воскресший было «Призрак Тюильри» оказался пшиком. Мы взяли настоящего преступника, и теперь Париж может и дальше относиться к фигуре Жана Живодера в парке, как к интересному перформансу.

— Это чушь собачья!

— Он говорил достаточно серьезно. Отдал баночку с синильной кислотой, камеры зафиксировали его появление в больнице, он прекрасный знаток холодного оружия и нашел, где раздобыть яд. Даже платье! То странное платье…. Оно принадлежало Эмме, его выдал Куаду для участия в своих причудах.

— Турно так сказал?

— Да.

— А мальчишка месяц где был?

— По родственникам ныкался.

Эмиль с минуту гипнотизировал Кристофа, потом достал из кармана куртки вчетверо сложенную бумагу, расправил ее перед ним. Это была распечатка увеличенного кадра, на котором застыли Турно и некая тень в стеклянных дверях реанимационного отдела.

— Их было двое. И один поджидал другого.

Кристоф взял в руки листок.

— Ты видишь тень? Еще до того, как Турно зашел в палату Куаду, кто-то прыснул краской, клеем или лаком для волос в объектив камеры.

— Он мог сделать это сам, выйдя из поля зрения камеры.

— Нет, его позвали. Оглянулся так, словно его позвали.

— Он мог просто сделать вид.

Кристоф сидел, сосредоточенно гипнотизируя листок. Потом он сполз со стола и молча направился к выходу.

— Сидите здесь, — бросил он и хлопнул дверью.

Вера кинулась к Эмилю, схватив его за рукав.

— Скорее! Звони матери Тьерри, спроси, чем занимается Жаккар в театре.

Эмиль тотчас выхватил телефон из кармана, набрал номер.

— Не возьмет трубку, — проговорил он с горечью, пока шли гудки. — Она меня ненавидит.

— Ее сын — следующий в списке, она смилуется. Ты делаешь все возможное, чтобы предотвратить…

Эмиль вскинул руку.

— Здравствуйте, мадам Роллен…

Он вскочил со стула и принялся судорожно шагать из угла в угол. Коротко переговорив с актрисой, нажал отбой.

— Он их портной. Дизайнер по костюмам. Числящийся в отделе кадров не успевает обшивать все спектакли, Жаккар часть объемов взял на себя, и вот уже три года он подпольный костюмер театра Эссайон, мать его.

Вера почувствовала, как сердце замирает от этих слов. Вот он, инстинкт охотника!

— Костюмер? Эмиль, он костюмер! — вскричала она. — Ну как ты мог пропустить это! Зоя же сказала, что человек связан с одеждой.