Книга Ты умрешь влюбленной, страница 130 – Юлия Лист

Все нехотя поднялись и с опущенными головами двинулись на выход. Инвалидное кресло вынесли вместе со спящим дедом-шпионом. Зоя обошла всех и встречала кавалькаду, идя по ступеням задом наперед, Эмиль с «Глоком» завершал шествие. Вера знала, что его сестра окончила институт криминалистики, но то, что она так мастерски владеет оружием, стало сюрпризом. В черном костюме в облипочку, увешанная ремнями и черными продолговатыми штуковинами – наверное, запасные магазины для ее страшной винтовки, – она выглядела как настоящий спецназовец. Теперь сомнений нет, Эмиль и Зоя были агентами тайной полиции Франции, типа английской МИ-6. Как уж она называлась, Вера не знала и, скорее всего, не узнает никогда.

Зоя, держащая винтовку, привела всех в холл и, отойдя в сторону, открыла обзору Сильвию и Ксавье, как ни в чем не бывало сидящих в креслах.

Вера на мгновение опешила. А потом все встало на свои места: задумка Эмиля собралась из разрозненных кусочков в цельную картину. Остальные молча уставились на вернувшихся с того света, не решаясь озвучить свое удивление.

Сильвия была в кремовом брючном костюме, ее рыжие волосы заплетены в легкую косу, переброшенную через плечо, руки она вытянула вдоль подлокотников, а выражение лица точь-в-точь, как у Натальи Варлей из финальной сцены «Кавказской пленницы», не хватало лишь музыки из «Лебединого озера» и порхающего под потолком ворона.

Ксавье был в черных брюках в белую полоску с подтяжками и белой рубашке с ярко-алой бабочкой, без жилета и пиджака, волосы зачесаны назад, усы идеальной линией огибали верхнюю губу. Теперь он показался Вере не таким уж и отвратительным, а усы Кларка Гейбла ему даже шли.

Зоя прошла кошачьей походкой в конец холла и встала за спинки кресел Сильвии и Ксавье. Ствол винтовки смотрел вверх.

— Займите свободные места, – обратилась она к остальным.

Все сели, кроме Даниеля и Эмиля. Два дуэлянта остались стоять друг против друга под аркой, из-под которой вверх уходила лестница.

— Не стану тянуть, – начал Эмиль. В его случае это было ни к чему, как сообщало бледное лицо и черные тени под глазами. – Оказалось достаточно сложно поначалу угадать, кто из вас задумал обогатиться за счет Рене Ардити. У каждого был и мотив, и возможности. Но я в прошлом полицейский и привык мыслить стандартно. Кто из вас четверых мог знаться с любителями травки? Только ты, Даниель.

Эмиль отправил ему ехидную улыбочку.

— Вот так просто, – приподнял брови он, предпочитая не терять ироничности. – Ты имел огромное количество связей, был знаком едва ли не с половиной Парижа, вел разгульный образ жизни, даже пел в ресторанах. Сильвия тоже могла быть знакома с существами из полусвета в силу своей творческой профессии, но она давно отошла от балета, занималась лишь благотворительностью и аукционным домом. Ксавье со своей аллергией и ужасным характером почти ни с кем не имел дружеского общения, люди для него – материал для работы. Он не умеет носить масок и притворяться, его душа всегда нараспашку. Я сделал ставку на это, отправился к Ксавье с предложением и…

Эмиль оперся спиной о колонну, скрестив руки на груди.

— …и предложил ему сделку: он заявляет, что я его взломал и спер картину, а Кристоф подтверждает это публичным арестом. Я рисковал. Если бы ошибся и оказалось, что Рене Ардити все же убрал его второй сын, то меня бы арестовали по-настоящему. Я действительно взломал систему охраны центрального офиса Ардитис в особняке Эруэ, чтобы все выглядело убедительным. Ксавье поверил, что у меня серьезные намерения вывести на чистую воду убийцу отца. В его интересах было помочь мне в этом.