Книга Ты умрешь влюбленной, страница 131 – Юлия Лист

Даниель стоял, скривив лицо. Вере оставалось только догадываться, предчувствовал ли он подвох в этой истории с арестом или поверил в нее. Она до конца не верила, у нее всегда оставалось ощущение – Эмиль что-то задумал. Но это были не тайные знания профайлинга, а женская интуиция.

— Я рисковал, но Ксавье оказался порядочным человеком и умным к тому же. Он явился в префектуру в тот же день, поэтому меня не успели изувечить мои сокамерники.

Эмиль посмеялся, посчитав это заявление шуткой.

— Потом мы – я, он и Кристоф – составили план, согласно которому нужно было вычислить убийцу между Филиппом, Сильвией и Даниелем. Кристоф позволил нам с Ксавье во всем разобраться самостоятельно, поэтому полиция так и не прибыла. Я же сказал, что я добрый.

Он вытер тыльной стороной ладони пот со лба.

— А то, что Филипп притворялся слепым, я понял, едва его увидел. Даже за пять лет он не смог бы научиться так ловко передвигаться по незнакомому помещению, если, конечно, он не Затойчи из фильма Такеши Китано. Но Филипп был не убийцей, а фантазером и трусом. Мы нашли мастеров, которые занимались коллекционными авто Рене Ардити, и поговорили с ними. Оказалось, Даниеля периодически вылавливали в гараже, он постоянно увечил машины. Видимо, как только вспыхивал между ним и отцом конфликт, Даниель отправлялся бить стекла его «Роллс-Ройсам» и «Мерседесам». Это всегда замалчивалось, Рене не хотел, чтобы газетчики муссировали их взаимную неприязнь. Поэтому на самом деле не Филипп подрубил шланг бензонасоса, а Даниель. И все это знали. Я лишь дразнил тогда обоих – люблю выводить из себя и наблюдать за реакцией подозреваемых. Ложь всегда бьет ключом, едва поставишь человека в стрессовую ситуацию.

Эмиль дал себе передышку, сделал несколько глубоких вдохов-выдохов, поморгал и мотнул головой.

— Дальше выбор сократился до Сильвии и Даниеля. Но между ними двоими я долго не маялся. Все встало на свои места сразу после смерти Филиппа и бедного месье Аракавы. Удар ножом в печень. Следуя топорной полицейской логике, напрашивается вывод: это мог сделать только мужчина. Женщина била бы двумя руками и скорее в спящего. Раны, нанесенные первым двум жертвам, характерны для удара одной рукой, причем сильной и точной. Предполагаю, Даниель много тренировался, представляя, как наносит его своему отцу. И как только выгорел случай, руки сами его исполнили. Да, Даниель? Чесались ручонки, а? Захотелось пар спустить? Нервы были натянуты до отказа, понимаю.

Эмиль рассмеялся, прижимая руку к боку.

— Я не хотел, чтобы умер кто-то еще, – посерьезнев, продолжил он. – Поэтому мне пришлось действовать быстро и на опережение. Я предложил Ксавье разыграть смерть от отравления, не сказав Сильвии, чтобы посмотреть на ее реакцию. На Ксавье лежала тень убийства дяди Филиппа, и он согласился на помощь во второй раз, чтобы снять с себя подозрения. Потом я через Зою предложил Сильвии изобразить самоповешение, уверив ее, что это поможет разоблачить Даниеля. Они соорудили с сестрой из ремней нечто вроде лямок рюкзака, спрятали их под одеждой, и Сильвия могла безопасно повисеть на люстре некоторое время. Опять же, предлагая ей такое, я сомневался – мог ошибаться насчет Даниеля и выбрать в союзники убийцу. Руки у Сильвии тоже крепкие, она могла бы нанести удар достаточной силы, чтобы вогнать нож в печень. Черт знает этих балерин, как они друг с другом решают, кто будет примой!