Книга Ты умрешь влюбленной, страница 44 – Юлия Лист

Вера вошла в квартиру. Это было жилище, полностью отвечающее странностям хозяев, но в то же время такое типично парижское, что дух захватывало. Старинная мебель, зеркала в богатых рамах, столетний кафель богемно сочетались с современной аппаратурой и умопомрачительным беспорядком. Единственным помещением, в котором царили стерильная чистота и порядок перфекциониста-окаэрщика^[12], – компьютерный кабинет Эмиля. Ну и его зал для тренировок, где на стенах было развешано восточное холодное оружие, а пол устелен красно-синим татами – там тоже царил дзен-порядок. Остальная часть квартиры больше походила на склад или антикварную лавку с нерадивым продавцом.

Вере пришлось перешагнуть через упавший мусорный пакет, набитый баночками из-под энергетиков, колы и упаковочной бумагой из-под фастфуда. Мусора по квартире было разбросано не меньше. Иногда Эмиль или Зоя утруждали себя собрать его в пакет, который потом долго лежал поперек порога. Вера сделала несколько пируэтов, чтобы пересечь прохожую с раскиданной по полу обувью, повернула в гостиную с зашторенными окнами, высоким современным стеллажом, забитым книгами, обогнула антикварный диван с фигурной спинкой, покрытый слоем одежды, и двинулась осторожными шагами в сторону кабинета. На полу были раскиданы пластинки и цветные конверты от них. Она собрала их в стопку и перенесла на журнальный столик.

Зайдя в стерильно чистый кабинет без стука, Вера приготовилась отругать Эмиля за камеры в ее квартире, но тот успел начать наступление первым.

— Это что за откровенность! – вскричал он, резко крутанувшись на своем космическом кресле. – Ты зачем ему рассказываешь, какими методами я пользуюсь?

— Я ничего такого не сказала, – тотчас встала в оборонительную позицию Вера.

— Ты сказала ему про январское дело!

— И что? Я хотела его поддержать.

— Он тебе врет.

— Неправда!

— Увы, врут все.

— Это ты врешь, что он врет! – вскричала Вера, ощутив, как похолодел лоб от негодования и опасения, что Эмиль прав. Он всегда был прав. Почти всегда.

— Впадаешь в синдром Спасателя, Вера. Ты же психолог и про треугольник Карпмана наверняка слышала.

— Мы – детективное бюро. Спасать – это наша работа!

— Я не стану помогать ему. – Эмиль повернулся к столу и своим экранам, на одном из них была запущенная его любимая аниме-игра – «Геншин Импакт». На другом – «Хонкай: Стар Рейл», которую он тестировал, на третьем – несколько аудиорядов. Он надел наушники.

— Станешь, потому что тебе самому интересно. И это будет компенсацией за камеры, которые ты сегодня же вынесешь из моей квартиры. Эмиль, сколько можно? Мы же в прошлый раз договорились? Я не жук в баночке, а живой человек, у меня должно быть личное пространство.

— Пока ты работаешь в моем бюро, должна быть под присмотром. Дядя Юбер тоже спит под камерами и не жалуется.

— Но я так не могу! Я съезжаю… – Вера развернулась, чтобы уйти, и схватилась за ручку двери, но Эмиль успел нажать какую-то кнопку на компьютере, и замок щелкнул, заблокировавшись. Он отбросил наушники на стол.

— Ты посмотрела видео, которое я тебе отправил?

— Да, и что?

— А то, что передвижения Бэнкси можно отследить только по его социальным сетям. И если он выложил очередной рилс из Парижа, значит, он здесь.

— И что? – раздраженно бросила Вера.