Книга Ты умрешь влюбленной, страница 49 – Юлия Лист

— Мотив у нее, получается, есть. Что скажешь, это она убила… точнее, заказала мужа?

— Может быть. Но сделать она это могла, только полностью уверившись, что Рене не подложит ей свинью в своем завещании. Тут либо что-то пошло не так, кто-то из ее сообщников поторопился, либо это не она.

— А если первое, то теперь ей придется исправлять ошибку.

— Убрав пасынка, да.

Эмиль наконец закончил с мотоциклом и оставил его на парковке.

— Это лишь одно из множества отделений Ардитис, – кивнул Эмиль на особняк Эруэ, когда они двинулись через улицу Вьей-дю-Тампль. – Здесь и офис, и галерея, где выставляют самые дорогие экспонаты. В Париже семь или восемь филиалов, столько же разбросано по другим городам. Есть отделения в Лондоне и Нью-Йорке.

— То есть, получается, я тоже могла бы продать какую-либо вещь, если бы ее имела? Например, картину Шагала… Я знала одного старенького профессора в Питере, у него был рисунок Марка Шагала – он его никогда не показывал, но всегда им хвастался. Он мог бы приехать и продать этот рисунок посредством дома Ардитис?

— Сейчас вполне. А вот еще в девяносто девятом – вряд ли. Им с представителем отделения Ардитис пришлось бы лететь в Лондон и осуществлять сделку там.

Они остановились на углу перед высокими стеклянными дверями, за которыми виднелись белые стены, увешанные картинами, и стойка ресепшена из массива дуба с тонкой инкрустацией в стиле ар-нуво: павлины, ветви и букеты из экзотических цветов.

— Ну, погнали? – с веселой ухмылкой спросил Эмиль. – Ты будешь хорошим полицейским, я – плохим. Ты будешь задавать проективные вопросы и симптоматические, я – рубить топором, чтобы не расслаблялись. И не трогай камеру, не надо все время поправлять воротничок куртки.

Вера машинально провела рукой по косухе у шеи, чтобы убедиться, что боди-камера не слетела.

На входе у стеклянных дверей их встретила охрана. Эмиль вынул лицензию частного детектива. Вера разглядывала картины, которые оказались экранами плоских телевизоров, – на них не то проигрывались очень медленные видеоарты, не то застыли статичные изображения.

— Нам нужно видеть Ксавье Ардити. Он здесь? – спросил Эмиль охранника.

Тот надолго завис, листая документы, подшитые к лицензии: диплом специальных курсов государственного образца, сертификат страхования, разрешение на частную детективную деятельность от Национального комитета по контролю безопасности. Эмиль владел всеми бумажками, какие требовало законодательство Франции, при этом постоянно нарушал закон. Начиная с того, что у Веры до сих пор не было диплома курсов детектива, заканчивая постоянной съемкой на камеру и игнорированием запрета на ношение оружия.

Охранник, видимо, был осведомлен, какие бумаги должен иметь при себе частный детектив, удовлетворился наконец просмотром, протянул пакет обратно, заявив, что сейчас идет аукцион, и собирался отказать. Но другой – чуть вежливей первого – спросил, не по поводу ли смерти босса. Вера тотчас закивала, и их пропустили. Видимо, был дан приказ впускать тех, кто связан с расследованием гибели главы аукционного дома. Вера тотчас решила, что такой приказ отдала сама Сильвия, чтобы поддерживать репутацию святой. А может, она все-таки хотела найти преступника?

Едва Эмиль свернул пакет, спрятав его во внутренний карман куртки, появилась секретарша – блондинка с глянцевым мейкапом и высветленными до стального блеска волосами, постриженными очень коротко и уложенными так, что она походила на женщину-робота. Она что-то кому-то передала по белой рации, торчащей из нагрудного кармана белого костюма с мини-юбкой, и тотчас пригласила гостей к узкой лестнице. Каблучки ее белых туфелек звонко отстукивали по лакированному дереву ступеней.